Патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II

Выступление на заседании Верховного Совета СССР в Кремле при обсуждении законопроекта "О свободе совести и религиозных организациях"

26 сентября 1990 года

Уважаемый председательствующий! Уважаемые депутаты!

Обсуждаемый нами Закон касается свободы совести. Совесть, по нашему убеждению, свободна у каждого человека. Не каждый эту свободу рискует реализовать. Но она все же нераздельна с человеком, тяготится ли он ею или радуется ей. Эта свобода не зависит от общественно-политических условий и от законов. Точно так же от этих условий не зависит и тот факт, что всякий поступок по совести требует от человека, совершающего его, жертвы. И всякий поступок по совести вызывает ответную реакцию сил зла. Насколько же свобода совести реализуется в том или ином обществе, определяется тем, работают ли его государственные и общественные структуры на защиту людей, дерзающих жить по совести, или же государство всей своей мощью старается задавить автономию совести в людях.

Функция государства в любом случае не собственно созидательная. Государство может защитить добро, может сдержать, осадить натиск зла. Но непосредственно взрастить добро может лишь человек своим личным трудом. Задача же государства и законов, касающихся свободы совести человека,- не мешать людям жить по совести.

Исходя из этого, мы выдвигали ряд предложений по совершенствованию предлагаемого законопроекта. Но прежде хочу обратить ваше внимание на то, что у наших предложений есть серьезное отличие от многих требований, которыми сейчас засыпан Верховный Совет и другие органы государства. Мы не требуем какого-то, как это принято сейчас говорить, куска общественного пирога, мы не требуем: "Дайте!" Мы не просим прав. Мы, напротив, сами хотим служить нашему народу тем, что мы имеем, и так, как мы можем.

И единственное наше предложение - снять те ограничения, которые сдерживают это наше служение, убрать преграду между нашим желанием помочь людям и самими людьми. Мы хотим реализовать наши нравственные обязательства, долг нашей совести и веры.

Для того чтобы это стало возможным, мы, например, предлагаем разрешить преподавание религии в светских учебных заведениях. Дискуссии, прошедшие летом и в Комиссии Верховного Совета по делам свободы совести, и в стране, показали, что наши предложения оправданны. И в самом деле, все понимают, что Церковь должна исполнять сегодня служение милосердия и благотворительности, то, что мы называем "социальной диаконией". Но наши общины большей частью состоят из тех, кто сам нуждается в помощи,- из старушек. От них ли вы ожидаете активного общественного служения? Низкий поклон нашим бабушкам: их стойкостью, их молитвой, их жертвенностью была спасена Церковь в тяжелые годы испытаний. Но реально развернуть общественно-церковное служение могут лишь молодые. Значит, именно к молодежи и детям сегодня должно быть обращено слово священника, слово духовно-нравственного просвещения.

Исходя из этого, мы предложили соответствующую поправку к майскому варианту закона, и в результате доработки законопроекта с участием представителей Церкви было достигнуто соглашение, зафиксированное в тексте позиций 2-4 статьи 6.

Уважаемые депутаты!

Давно замечено, что у современного человека есть какой-то дефект зрения. Всматриваясь в малое, человек не замечает большого.

Этот дефект называется редукционизмом: он не замечает, что, скажем, народ - это нечто большее, чем арифметическая сумма людей определенной национальности. Страна, Родина - больше, чем место прописки людей.

И Церковь в христианском понимании также не есть просто совокупность людей, считающих себя христианами. Церковь как целое первична по отношению к каждой отдельной местной общине. Человек становится членом Православной Церкви через членство в местной общине, но первичнее и важнее для него именно принадлежность к Церкви в целом. Поэтому так важно, чтобы Закон зафиксировал существование не только отдельных общин, но и всей Церкви в целом как религиозного объединения.

Немаловажно и то, что закрепление за Церковью в целом прав юридического лица позволит упорядочить отношения собственности внутри самой Церкви, положив в их основу делегирование Церковью в целом своего юридического права собственника местным общинам. Получение религиозными объединениями статуса юридического лица обоснованно и с точки зрения возможных общественно значимых последствий. В обществе и так сильны тенденции распада и автономизации. Нужно ли создавать юридические предпосылки для того, чтобы и Церковь была втянута в этот процесс? Русская Церковь уже столкнулась с попытками на политической основе разрушить единство ее религиозной жизни. По этому вопросу замечание, высказанное в июне Поместным Собором Русской Православной Церкви, было учтено при доработке законопроекта. Наименование статьи 9 "Религиозные центры и организации" было дополнено словом "объединения". Соответствующие изменения были внесены в первый абзац статьи 9, в статью 7, а в текст закона включена статья 12 об уставах религиозных организаций.

Проект, который вы сейчас видите, учел и еще несколько пожеланий религиозных объединений. Я не буду специально на них останавливаться, скажу лишь, что, по нашему убеждению, все они желательны и для Церкви, и для возрождения духовности в нашем обществе.

Есть у нас, однако, и еще несколько предложений по улучшению обсуждаемого нами проекта.

Так, мы полагаем, что в статье 14, касающейся регистрации религиозных организаций, перечень этих организаций должен соответствовать их перечню в статье 7 данного закона, для чего этот перечень надо открыть словами: "Религиозные объединения, а также..." Далее по тексту.

Далее, для того чтобы Церковь своими силами, не требуя от государства больших дополнительных сумм из госбюджета, смогла восстановить свои разрушенные храмы и монастыри, осуществлять благотворительную, издательскую, просветительную деятельность, мы предложили ряд поправок, касающихся налогообложения Церкви, которые передали в Президиум Верховного Совета.

В проекте постановления хотелось бы отметить важность пункта 4 позиции 2. Вообще очевидно, что все учебные программы и так будут решительно пересмотрены в ближайшее время. Но нам хотелось бы подчеркнуть необходимость того, чтобы при их пересмотре специальное внимание было обращено на то, чтобы они не искажали реального места религии в жизни, истории, культуре человека.

В заключение несколько слов о государственном органе по делам религий, в целесообразности которого в последнее время высказываются сомнения. Наша позиция в этом вопросе такова: нужен государственный орган, занимающий достаточно автономную позицию в системе государственной власти. Этот орган должен быть стабильным, способствовать исполнению закона и соответственно обладать авторитетом и у религиозных объединений, и у местных органов государственной власти. Представляется, что описание функций такого органа в статье 29 в целом соответствует этому представлению, и остается пожелать, чтобы при его формировании исполнение не исказило замысел, а для этого снять вторую позицию статьи 29, в постановлении же записать, что "Совет Министров по разработке положения о государственном органе СССР по делам религий должен представить его в Комитет по законодательству Верховного Совета СССР".

Наконец, хотел бы довести до вашего сведения, уважаемые депутаты, отношение нашей Церкви к вопросу о необходимости существования самого общесоюзного Закона о свободе совести. Закон СССР "О разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами Федерации" в статье 8 предусматривает, что "защита прав и свобод граждан СССР независимо от места их проживания" подлежит сфере совместного ведения Союза ССР и союзных республик. Такой закон нужен, так как в противном случае в нашей многострадальной стране к конфликтам между народами могут присоединиться еще и конфликты между верующими разных религий, регулировать которые и призвано союзное законодательство. Пример российского законопроекта показывает, что не все республиканские законы оказываются в необходимой степени выверенными.

А как Патриарх многонациональной Церкви скажу, что ей будет тяжело жить в пятнадцати различных республиках по пятнадцати различным законам. Обсуждаемый же нами закон, на наш взгляд, оставляет достаточно места для законодательной инициативы республик и не нарушает тем самым принципа их суверенитета, а лишь закрепляет основные условия реализации принципа свободы совести.

Сделан первый шаг к урегулированию отношений Церкви и государства на правовой основе. Я уверен, что жизнь и практика подскажут нам, в каком направлении нам действовать в дальнейшей работе над законодательством, основы которого мы закладываем сегодня. Несомненно, например, что в дальнейшем этот закон должен будет более четко регулировать отношения собственности и имущественно-наследственных отношений в Церкви. Сегодня же нам необходимо, чтобы этот закон не остался на бумаге, а был проведен в жизнь.

Постановление Верховного Совета предусматривает, что Совет Министров и местные Советы будут активно содействовать восстановлению прав Церкви. Особенно надеемся, что этот призыв услышит Министерство культуры. Я еще не вполне уверен, что данный закон это позволяет, но тем не менее хотел бы в заключение моей речи молитвенно пожелать всему высокому собранию мудрости, терпимости и подлинной человечности.