Патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II

Обращение к молодежи

28 июня 1991 года

Дорогие мои!

Мне 62 года. Вам - приблизительно в три раза меньше. Очевидно, что вам придется жить в мире, который будет сильно отличаться от того мира, в котором я прошел всю свою жизнь - за исключением оставшегося и самого сложного для меня отрезка. Общество, в котором будете жить вы, будет более жестким. Я надеюсь, в нем будет меньше внешнего, государственного принуждения. Но оно само будет принуждать вас к действию, выбору, непрестанной активности, к борьбе за выживание и успех. А бремя свободы всегда жестко, всегда трудно.

Общество, в которое вы войдете (или в которое вас введут), будет небывалым в истории. Это не похвала ему. Это - предостережение вам. Дело в том, что впервые общество конкурентной экономики будет создаваться в условиях духовной разрухи. Общество рыночного хозяйствования в Европе возникло в среде строгого протестантского пуританства, которое давало моральную и религиозную оценку хозяйственной и социальной деятельности человека. В свою очередь, Католическая Церковь, вышедшая из контрреформации более сильной, нежели вошла в нее, помогала человеку избавиться от экономической "одномерности", напоминала ему, что и он, и другие - прежде всего чада Божии и лишь затем предприниматели или работники. Такое и много других необходимых духовных напоминаний может дать людям и наша Русская Православная Церковь. Но многие ли готовы услышать нас?

Надо ли кого-то убеждать сегодня, что даже за годы перестройки наше общество не стало в целом более духовным. Есть люди - и их, слава Богу, немало,- которые действительно смогли всерьез соприкоснуться с миром христианства и стали мягче, глубже, серьезнее. Но много ли их вы видите среди своих друзей и готовы ли вы сами всерьез прислушаться к их суждениям?

Сегодня у нашего общества, по сути, нет общенациональных ценностей, а у людей, создающих новую жизнь, отсутствует религиозное сознание. Поэтому, боюсь, тяжким катком прокатятся перемены - необходимые и неизбежные перемены - по очень и очень многим судьбам, в том числе и вашим. Дай Бог вам мужества и терпения, умения самим переносить невзгоды, а главное - дай вам Бог умение замечать, когда вы сами причиняете боль другим.

Вы будете жить в новой России. В той России, которая сейчас уходит, в России коммунистической мы не только многое теряли, но нечто и приобретали. В частности, в условиях, когда внешняя, общественная активность была опасна, когда государство обжигало холодом, люди особенно учились дорожить теплом человеческого общения, теплом семейной жизни, учились мудрому умению жить миром своей собственной души. Люди боялись открываться чужим, но зато до конца раскрывались перед немногими близкими. Люди испытывали голод правды и нехватку информации, но зато всей глубиной души честно переживали каждую крупицу правды.

Как бы я хотел, чтобы честность перед самим собой, перед Истиной, а также человеческая душевная теплота были унаследованы и вами в том мире, где вы будете жить.

Я монах, и у меня нет семьи и нет детей. Но я знаю, ради чего я отказался от этой величайшей земной радости. Можно отказаться от любви к одному человеку и к тем, кто появляется на свет как плод этой любви, ради другой, большей любви - любви к Богу, ради призвания, ради возможности всецело посвятить себя служению всем людям. Но мне чрезвычайно горько видеть, как много молодых людей сегодня отказываются от детей ради совсем иных, абсолютно несоизмеримых целей - ради житейского благополучия. И не просто отказываются от детей, а убивают их, не дают им даже родиться, убивая их в материнском чреве...

Мир, в который вы вступите, может стать миром нераскаянных убийц, убийц, которые даже не поняли, что они совершили, на что они дали согласие.

Христианство говорит, что человек приходит в мир для того, чтобы после него мир стал хоть чуть-чуть светлее и добрее. Христианство говорит, что человек приходит в мир, чтобы дарить, а не чтобы потреблять. И прежде всего человек должен дарить самого себя. Боюсь, что сегодня человек воспитывается так, что он воспринимает самого себя как некое единое "чувствилище", услаждению которого должен служить весь окружающий мир. Я должен предупредить, что христианство иначе видит место человека в мире. Вспомните Распятого Христа, вспомните, как Он возлюбил мир!

Быть христианином трудно. Но именно христианство омолодило мир. Да, в Православии чрезвычайно много значат старцы, умудренные опытом духовные руководители. Но если кому из вас выпадет радость общения с подлинно духовным священником, со старцем, вы увидите, сколько молодости, сколько радости, света, внутренних сил и мира живет в нем. Я пришел для того,- сказал Христос,- чтобы имели жизнь и имели с избытком (Ин. 10, 10). И если молодость - это символ полноты жизни, то христианство - это поистине путь молодых.

Я священнослужитель. Но пусть вас не вводит в смущение то, что священники ходят в черных одеждах. Радость о Боге и о спасении человека мы носим в наших сердцах, ибо не напрасно сказано Спасителем: да радость Моя в вас пребудет и радость ваша будет совершенна... не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается (Ин. 15, 11; 14, 27). Цвет наших одежд оттеняет чистоту нашей радости, ее отличие от того, чем может насытить человека обезбоженный мир.

И если в вашей жизни вы однажды почувствуете, что в глубине вашего сердца есть пустота, которую не может заполнить ничто из того, что вам встретилось в мире, вспомните, что есть Христос, что есть Церковь, которая свидетельствует о себе словами Апостола: нас почитают обманщиками, но мы верны; мы неизвестны, но нас узнают; нас почитают умершими, но, вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем; нас огорчают, а мы всегда радуемся... мы ничего не имеем, но всем обладаем. Уста наши отверсты к вам... сердце наше расширено (2 Кор. 6, 8-11).

С любовью, надеждой и тревогой за вас

Алексий, Патриарх Московский и всея Руси