Патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II

Выступление на заседании Академии социальных наук

23 февраля 1999 года

Многоуважаемый Геннадий Васильевич! Уважаемые дамы и господа, члены Российской академии наук! Представители политических партий и движений! Дорогие братья и сестры!

Я сердечно благодарю Вас, многоуважаемый Геннадий Васильевич, за Ваше теплое поздравление, за оценку моих скромных трудов как Предстоятеля Русской Православной Церкви. Мы живем в очень непростое время, на мою долю выпало возглавлять Русскую Православную Церковь в эпоху глобальных перемен, которые произошли на нашей земле и в нашем государстве. Да, мы пережили трудные времена: репрессии, гонения, но, самое главное, Церковь была отделена не только от государства - ее старались отделить и от общества: от научной элиты, от армии, от общественности.

В 1986 году я написал письмо Михаилу Сергеевичу Горбачеву, где указал, что необходимо пересмотреть церковно-государственные отношения. Я являюсь убежденным сторонником того, что Церковь должна быть отделена от государства, в противном случае Церковь будет, как и до революции, государственной структурой, ведомством государственным, а Церковь должна давать оценку тому, что происходит в обществе, в стране, с нравственных, моральных позиций, не всегда следуя официальному курсу. К сожалению, в 1986 году мое письмо не было воспринято. Более того, может быть, в результате этого я потерял пост Управляющего делами Московской Патриархии и оказался на Ленинградской кафедре. В своем письме я говорил, что у Церкви и у государства есть общие задачи, которые мы должны вместе осуществлять, - это нравственное и духовное оздоровление общества, это сохранение памятников зодчества, это установление мира и согласия в нашем обществе.

Только после исторической встречи, которая состоялась накануне празднования 1000-летия Крещения Руси, когда Патриарх и постоянные члены Священного Синода встретились с Михаилом Сергеевичем Горбачевым и поставили около тридцати вопросов, началось сближение, давшее начало возрождению Церкви, ее святынь, поруганных и оскверненных в прошлом. И хотя в 1983 году, когда мы образовали Комиссию по подготовке празднования 1000-летия Крещения Руси, нам на официальном уровне говорили, что ни государство, ни общественность, ни наука не будут принимать участие в этом юбилее, что это чисто церковное празднование, которое должно совершаться только в церковной среде, однако мы помним, что 1000-летие Крещения Руси отмечалось по всей России, оно стало праздником всей страны, и мы называем этот период Вторым Крещением Руси.

После празднования 1000-летия Крещения Руси, еще в период съездов народных депутатов, началась выработка нового законодательства о свободе совести. Мне судил Бог работать в комитете, который вырабатывал Закон о свободе совести, и я помню нелегкие дискуссии со многими юристами, которые считали, что дискриминационное положение о религиозных объединениях 1929 года является и должно быть эталоном. По этому закону Церковь не имела права осуществлять религиозное образование, Церковь не имела права заниматься социальной деятельностью, социальным служением. Но после дискуссии в союзный закон о свободе совести соответствующие положения были внесены и Церкви было предоставлено исконное право заниматься социальным служением в больницах, домах престарелых, местах заключения. Церкви было позволено открывать церковноприходские воскресные школы, православные гимназии, и религиозное образование стало доступным не только для детей, но и для взрослых.

Да, нелегкими были те годы, когда многое нужно было начинать сначала. Если бы мы заранее, за десять лет знали о тех возможностях, которые откроются перед Церковью... Нужно было бы заранее готовить кадры. Но в то время нам никто не дал бы такой возможности. Поэтому сегодня мы готовим кадры не только священнослужителей, но готовим кадры для работы в области социального служения Церкви, преподавательские кадры для воскресных школ, для учебных заведений, кадры, которые сегодня работают в правоохранительных органах и среди военнослужащих.

Открывается множество храмов, они восстанавливаются и реставрируются, строятся новые; за последние годы Церкви были возвращены сотни монастырей, в которых возродилась монашеская жизнь, гармонично сочетающаяся, как и в прежние времена, с аграрным хозяйством. Монастыри кормят не только себя, сегодня, в эти трудные дни, они кормят и тех, кто нуждается в поддержке. Скажем, в Троице-Сергиевой Лавре сегодня более тысячи человек получают ежедневно бесплатное питание.

Иногда мы слышим упреки в том, что не время сейчас строить храмы. Но если мы оглянемся на нашу историю, то увидим, что те храмы, которые сегодня стоят на нашей земле, тоже строились в нелегкое время. Да и были ли в нашей истории легкие времена? Трудна наша история, но именно в трудные времена русские люди проявляют особую жертвенность и созидают святыни, которые и поныне украшают землю Русскую. Посещая епархии Русской Православной Церкви, я могу с уверенностью сказать, что чудом Божиим идет церковное возрождение, идет повсеместно - от Дальнего Востока до Крайнего Севера и Юга всюду восстанавливаются православные храмы и обители. Это живое свидетельство стремления людей к Православной Церкви, потому что возрождаемые храмы не стоят пустыми - они заполнены народом Божиим, они востребованы людьми.

Но главная наша задача сегодня - не восстанавливать стены храмов, а помочь людям реставрировать свои искалеченные души, вернуть нравственные, духовные основы в жизнь нашего общества. Сегодня мы возвращаемся к нашей истории. Часто раздаются голоса, что нужно найти национальную идею. Но разве наш тысячелетний опыт не является такой национальной идеей? Я убежден, что революционный лозунг, призывавший разрушить старый мир "до основания", был ошибочным. Ведь для государства его история является фундаментом. В Евангелии очень образно сказано Христом Спасителем, что дом, построенный на песке, не устоит, а дом, построенный на камне, - для него не страшны ни бури, ни ветры, ни наводнения (Мф. 7, 24-27). Для государства его история является таким фундаментом. Может быть, трудна история наша, но это история, которую созидали наши предки, собиравшие наше Отечество.

Уже в течение семи лет я совершаю богослужения в Успенском соборе Московского Кремля, где происходили главнейшие события государственной и церковной жизни России, и совершаю их с особым внутренним трепетом, ибо чувствую и свою сопричастность нашей истории, нашему прошлому, чувствую, что мы продолжаем то дело, которое совершали наши великие предки. Да, время, в которое мы живем, непростое, разные силы, внешние и внутренние, пытаются разделить нас. Распалась великая держава. Я думаю, что для России самое страшное и самое опасное - то, о чем я сказал в первом интервью по возвращении из Соединенных Штатов Америки в 1993 году во время политического кризиса. На вопрос: "Какие вы видите опасности для России?" - я ответил: "Опасность пролития крови. Кровь всегда разделяет. А второе - распад России на удельные княжества. Тогда потребуются века, для того чтобы вновь собраться вместе". Сегодня разные силы пытаются разделить и саму Церковь. В течение восьми с половиной лет моего патриаршего служения я постоянно ощущаю попытки внести раскол, внести разделение, посеять в сознании людей недоверие к деятельности Священноначалия Церкви - то же самое было с Академией наук, которую также пытались разделить. Но ведь только в единении - сила, это мы хорошо понимаем. Пришло время осознания того, что не может быть разделения между людьми науки и людьми, которые служат в Церкви, не может быть разделения между нами и теми, кто несет великий ратный подвиг. Сегодня День защитника Отечества, поэтому хотелось бы высказать слова благодарности тем, кто несет ратный подвиг. На Руси ратное служение всегда считалось жертвенным; в память тех, кто отдал самое дорогое - свою жизнь, защищая Отечество, создавались на нашей земле храмы. И дай Бог, чтобы наше российское воинство было сильным и могучим, чтобы мы больше не слышали из уст президента Соединенных Штатов Америки, как во время первого кризиса в Ираке, слов: "Русское "нет" для нас ничего не значит".

Нас хотят ослабить, но мы должны противостоять этому. Это наша общая задача. Церковь, которая отделена от государства, может сказать свое слово и дать свою оценку всему происходящему в стране. Во время трагедии в Чечне я восемь раз обращался с призывами прекратить кровопролитие. Один раз мы вместе с тогдашним чеченским мусульманским духовным лидером подписали обращение, в котором четко было сказано, что мы не рассматриваем войну в Чечне как религиозную и призываем все вопросы решать за столом переговоров, а не на поле брани. К этому и пришли, но очень поздно: слишком много страданий было доставлено тем, кто был вовлечен в этот конфликт. Церковь считает своим нравственным долгом возвышать свой голос в моменты возникновения конфликтов, где бы они ни происходили - в Нагорном Карабахе, или в Абхазии, или в Приднестровье, или в Косове. Сегодня, возлагая венок к могиле Неизвестного солдата вместе с иерархами и духовенством Москвы, я сказал, отвечая на вопрос о своем отношении к возможным бомбардировкам странами НАТО позиций сербов, что мы категорически против любых силовых мер, потому что будут страдать мирные люди. Конфликт в Косове чреват разрастанием. Мы не должны забывать, что и Первая мировая война началась с Балкан.

Недавно я принимал министра иностранных дел Польши, который приехал в Россию, чтобы, по его словам, "установить тесное сотрудничество с Россией". Излагая свою позицию, он сказал: "Мы хотим установить с вами сотрудничество, несмотря на то что вступаем в НАТО". Мой ответ был таким: "Я не политический деятель - я деятель церковный. Я начал свое пастырское служение в 1950 году и помню, что в те годы в каждой записке, которая подавалась верующими о упокоении своих близких и родных, был целый столбец имен убиенных воинов. Это говорит о том, что каждую семью постигла потеря родных и близких. Мы понесли невероятные жертвы ради Великой Победы. Потом был период "холодной войны", когда друг другу противостояли два блока: Североатлантический и Варшавский. И нашим народом Североатлантический блок воспринимался как потенциальный противник, как потенциальный враг. После падения коммунистических режимов и распада Варшавского блока НАТО в сознании людей осталось потенциальным противником. И сегодня НАТО приближается к нашим границам". Министр заметил: "Но ведь вам НАТО не угрожает". Я ответил: "Как не угрожает? Как дамоклов меч висит над Сербией вооруженная угроза, вокруг Косова накапливается все больше и больше вооружений". Он продолжал: "Только угрожают, но не бомбят". Я сказал: "А в Ираке? Пусть не блок НАТО, но одна страна берет на себя права международного жандарма".

Нашествие сект, миссионеров из-за рубежа, которыми движет не желание просветить наш народ, а желание разделить нас еще и по вероисповедному признаку, так, как нас уже разделили по национальной принадлежности и политическим взглядам, - это продуманная, хорошо финансируемая стратегическая кампания. Какие только секты сегодня не пришли в Россию и в страны СНГ - вплоть до тоталитарных, деструктивных типа "Аум Синрикё". Парадокс, но последователей этой секты в России было больше, чем в Японии. Я несколько месяцев тому назад встречался с двумя американскими сенаторами, которые приехали в Россию посмотреть, не нарушаются ли права верующих. Оба они мормоны. В беседе я им указал, где надо искать нарушения прав верующих - ведь, пользуясь трудностями нашей жизни, миссионеры "покупают" души людей. Мне один из епископов свидетельствовал на Дальнем Востоке, что самая высокая цена за душу - "дубленка", а обычная цена - пакет гуманитарной помощи. В поездках по регионам меня на пресс-конференциях часто спрашивают: "Разве у Православной Церкви некого послать на телевидение? Почему по субботам и воскресеньям мы должны слушать американских, японских, корейских проповедников?" Я отвечал: "Есть, но мы не можем платить миллионы за эфирное время".

Можно многое говорить, и я рад выступить перед такой представительной аудиторией. Я благодарен Фонду политических и социальных исследований, который на основе моих выступлений и интервью издал книгу, отражающую позицию Русской Православной Церкви по многим вопросам. К моему юбилею было выпущено в свет много изданий, и я хотел бы сегодня передать их подборку Академии социальных наук для библиотеки. Это и альбомы, в которых отражен мой жизненный путь, и моя докторская диссертация, посвященная истории Православия в Эстонии и сейчас впервые увидевшая свет. Думаю, что мы дожили до очень хорошего времени, когда средостение, которое было искусственно создано между Церковью и людьми науки, культуры, разрушается и мы осознаем, что у нас одна история, одно Отечество и одно будущее, которое мы должны строить. Будем же вместе думать о России, нашем Отечестве, думать о его будущем. И особенно сейчас, когда мы стоим в преддверии нового, ХХI века и начала нового тысячелетия.

Заканчивается трагический для нашего народа век. Много испытаний и потрясений пережили мы. Дай Бог, чтобы будущий век был для нашего народа и Отечества более благоприятным и счастливым, чем век уходящий. И во многом от каждого из нас зависит будущее и страны нашей, и нашего народа. Если мы будем вместе, то никакие силы зла не разрушат наше единство, не разрушат наше любимое Отечество, сынами и дочерьми которого мы являемся. Такие попытки делаются, но мы противостоим им. Делаются шаги навстречу друг другу Россией и Белоруссией, двумя самыми близкими славянскими народами, народами-братьями. Я трижды посещал Белоруссию, эту многострадальную землю, ибо все захватчики с Запада проходили через Белую Русь, опустошали ее, но она, как феникс из пепла, восставала. На Западе идут процессы интеграции, это считается естественным, вплоть до введения общей валюты, безвизового режима, но, когда делается маленький шаг к сближению наших двух братских народов, все силы ада восстают против этого.

Общими усилиями будем противостоять всем попыткам разделить нас, разобщить, помешать созиданию нашего будущего, будущего многострадального народа земли нашей. Перед этим народом нужно низко склониться: он являет удивительное терпение в трудностях. Когда я был в глубинке, на Владимирской земле, в городе Киржаче, встречаясь с людьми, я пожелал им здоровья и мира, а мне люди ответили: "Пожелайте нам терпения". Народ наш являет великое терпение, не получая часто заработной платы, заслуженно заработанных денег, заслуженной пенсии. Такой народ достоин в XXI веке лучшей доли. Будем же работать, чтобы приблизить наступление мира, согласия и благополучия в нашем великом Отечестве!

Я хотел бы поблагодарить всех за добрые слова, которые были высказаны, за ту оценку деятельности Церкви - не моих личных трудов, а оценку служения Церкви, - которая была здесь высказана. И, продолжая мысль, которую Геннадий Васильевич высказал в отношении нашей встречи, я хотел бы сказать, что недавно я встречался с министром образования и нашел полное понимание и желание Министерства образования востребовать потенциал, который накопила Церковь, в деле воспитания. Вера и наука - это два крыла, которые должны поддерживать нашу молодежь, вступающую в XXI век. Образование, которое дается нашим детям, должно быть тесно связано с воспитанием. И мы рады поделиться тем опытом воспитания, который накопила Церковь за долгие годы своего бытия.

Спасибо за незабываемые часы, которые мы провели здесь, в этом храме науки!