Патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II

О путях спасения, о современном мире,

о служении Русской Православной Церкви

Декабрь 1999 года

На пороге XXI век, кончается век XX. Привычно было бы сказать: истекает второе тысячелетие. Но есть в этой формуле какая-то безучастность. Для нас же, христиан, эти два тысячелетия не были просто временем, в котором мы жили, и временем, которое просто прошло через наши жизни. Это время, отпущенное нам Богом для нашей работы по созиданию истории. И потому "не истекает второе тысячелетие", а "мы пришли к концу второго тысячелетия нашей работы по преображению мира". Способствовали ли наши труды расширению присутствия Божия в мире и в нашей жизни? Две тысячи лет человек пытается понять, что значит быть христианином? Были и есть ошибочные решения. И ошибочных, пожалуй, было больше, чем удачных. Но ведь, в конце концов, именно этот вопрос и будет единственным на нашем самом главном и последнем экзамене.

* * *

Россия нужна не только самой себе, но и всему миру, как Россия Феофана Грека, Андрея Рублева, Пушкина, Достоевского, Преподобного Сергия Радонежского и Серафима Саровского.

* * *

Преподобный Исаак Сирин говорил, что "вся Церковь есть Церковь согрешающих, вся Церковь есть Церковь кающихся". Церковь свята не святостью своих членов, а святостью Христа, Который живет и действует в ней. Если мы этот даваемый талант не умножаем - мы грешим. У каждого из нас есть грехи перед Богом и перед ближним. Грешна ли Русская Церковь перед русским народом? Но что такое Русская Церковь, как не сам народ, взятый в его духовном устремлении? У Русской Церкви в целом нет греха, отдельного от греха русского народа.

* * *

Мы много говорим о загрязнении окружающей среды, но часто забываем, упускаем из виду, как осквернена и загрязнена горница, где должен обитать Бог, - душа человека, живущего сегодня. Поврежден природный мир, и повреждена человеческая душа.

* * *

"Глаза боятся - руки делают" - эта русская пословица - о работе. Когда отстраненно посмотришь на религиозную запущенность российского общества, становится страшно. Но, когда видишь, как то в одном, то в другом человеке зажигаются огоньки веры, любви, кротости и молитвы, отчаяние уходит. Мы не знаем, какие судьбы ждут Россию, но мы должны исполнить свой христианский долг. Мы должны нашу радость о Христе Воскресшем подарить как можно большему количеству людей.

* * *

Трагедии нет места в жизни православных христиан. На все времена мы искуплены жертвенным подвигом Христа. Может быть, не было в человеческой истории столетия мрачнее и разрушительнее, беспощаднее относившегося к живому в человеке, агрессивнее стремившегося изничтожить живущие в душе высокие идеалы. Только Древняя Церковь, Церковь первых веков, может сравниться с нашим веком по числу мучеников и исповедников. Сотни безвинно погибших предстательствуют перед Престолом Божиим. Врата адовы не одолели ее.

* * *

Известно, что подобное открывается подобному. Взирая на икону, дозволим иконе взглянуть в наше сердце и найти в глубине его нечто созвучное ей. По нашему убеждению, духовный опыт иконы и Церкви не может быть до конца чуждым человеку - даже такому, которому кажется, что он бесконечно далек от религии. Ведь, по слову одного из первых христианских мыслителей, "душа по природе своей христианка".

* * *

Православное богословие в отличие от западнохристианского грехопадение осмысливает прежде всего как болезнь, а не юридическое состояние. Дело не в гневе Божием на преступление человека - дело в болезни самого человека. И Бог делает все, чтобы изменить человека (а не просто снять с него "судимость", юридически помиловав его). Но нельзя менять человека без его на то свободного согласия. Христос принес нам возможность преображения. От личного же выбора каждого человека и каждого сообщества людей зависит, будет ли действен Крест Христов в нас или нет.

* * *

Духовная мудрость человека определяется его отношением к тем несчастьям, которые постигают его самого, его народ, Родину. Она измеряется тем, в какой степени мы готовы принять, осознать и, если хотите, оправдать те страдания, которые постигают всех нас. Распознать в них не какую-то случайность, а крест, тяжелый крест, через который человек и должен обновиться, прийти к спасению.

* * *

На рубеже тысячелетий Россия являет собой парадоксальный феномен, на одном полюсе которого тысячелетняя духовная традиция Православия, вошедшая в кровь и плоть нашего народа, а на другом - одна из самых безнравственных масскультур конца XX века. Вседозволенность и отсутствие каких-либо духовных ориентиров, с одной стороны, и одновременно жадные поиски любой духовности, с другой - вот сегодняшняя реальность. Нам придется действовать так, чтобы каждый услышал и понял голос Православия и чтобы с этим голосом Православия каждый живущий в России соотносил бы свое слово и дело. Это та высота общественного служения, какую всем нам предстоит взять огромным интеллектуальным и духовным усилием. Это будет воистину жертвенным служением Церкви ради спасения всех тех, кто об этом взывает, и тех, кто растерянно оглядывается вокруг в поисках духовных ориентиров. Борясь за Православие, мы участвуем в апокалиптическом борении Церкви с наступлением века антихриста. Внутренняя миссия нашей Церкви, таким образом, превращается во всемирное миссионерское служение Православия.