Василий Татищев. Сказание о звере мамонте

Перевод – О. Колесников

Издание: OK, http://magister.msk.ru/

 

 

СКАЗАНИЕ О ЗВЕРЕ МАМОНТЕ

 

Сказание о звере мамонте, о котором обыватели сибирские рассказывают, что якобы живет под землею, их о том доказательства и других о том различные мнения.

 

СКАЗАНИЕ ОБЫВАТЕЛЕЙ

 

§ 1. Сей зверь, по рассказам обывателей, бывает великостью с великого слона и больше, видом черен, имеет у головы 2 рога, которыми по желанию своему двигает так, будто оные у головы на суставе не жестко приросшем были.

§ 2. Оный зверь живет всегда под землею, с места на место переходит, расчищая и предуготовляя путь себе имеющимися рогами, будто некими снастьми, но не может никогда на свет выйти; когда же так близко к поверхности земли приблизится, что воздух ощутит, то умрет. О пище его не что иное думают, как только воистину сама земля, притом же некоторые говорят, что он не может в тех местах жить, где люди на земли поселились, но удаляется в места пустые и ненаселенные.

§ 3. Находят оного зверя кости рыбаки и за зверьми ходящие охотники случайно, наиболее в странах северных, таких как в провинциях Тунгусской, Якутской, Северной Даурии, Обдории, Удории, Кондории и Угории, на местах открытых, только при реках, где водою берег обмоет и земля обвалится, то таковые кости открываются, или частию еще в горе торчащие на глубине разной, саженях в двух до двадцати и глубже от поверхности, или выпавшие и у берега поверх воды и в воде лежащие поднимают. И хотя находятся разные кости, такие как головы, позвонки, ребра, голени и прочее, однако ж прочих всех, кроме рогов, не берут, поскольку только сии в употребление годны. Оные ж рога как в великости, так и в состоянии не равны, некоторые бывают малы, длиною чуть больше аршина, толщиною в прорезе у основания в вершок, другие длиною аршинов около четырех, толщиною вершков пяти и толще, весом величайшие пудов до семи. Состоянием некоторые очень свежи и тверды, другие немного, иные же совсем сгнили; цветом здоровые белы, а повредившиеся разные, то есть белые, желтые или почернелые. И поскольку из-за неудобной формы, то есть кривизны и великой тягости, к ношению в далеко оставшиеся дома выносить им неудобно, ибо в некоторых местах водяного пути и скота, на чем бы вывезти, не имеют, того ради рассекая оные на удобные части, вынося, продают токарям, резчикам и купцам, торгующим в Китай, где оные ценою высокою купят; немало же количество привозят и в Москву.

§ 4. Удостовериваю сии их мнения следующими доказательствами:

1) якобы некоторым случилась видеть целое и ни в чем не поврежденное тело; другие говорят, что хотя тела не видали, но рога оные из гор выламывали с кровию, а потому думают за верное от живого или недавно умершего, но целого тела; 2) неравностию великости и состояния, якобы тем свидетельствуется, что есть старые и молодые; кости же гнилые от таких, который давно померли и погнили, а свежие от недавно умерших; 3) видали, где он ходит, рассказывая, что земля над ним с великими лесами подымается великими буграми, а позади него падает, и остаются глубокие рвы, и леса падают; таковых ям показывают там в разных местах множество; 4) что они от жительства людей бегут, якобы явно из того, что в странах к югу, где наиболее людей живет, там редко, и то более гнилые, а в странах северных, где малолюдно, более и свежее находят.

Сим обывательским сказаниям многие верили и за истину не только описали, но и начертанием изобразили, другие же хотя ни в чем не сомневались, однако ж, не ведая всех нужных к тому обстоятельств, различные и нисколько с истиною не сходные мнения восприняв, толковали. Случилось же мне от шведских знатных пленников слышать, что они оного зверя сами видели в ночи чрез реку плывущим, а вида и цвета его за темностию видеть не могли.

 

О МНЕНИЯХ РАЗНЫХ

 

§ 5. В рассуждениях о сем звере различные мнения слыхать мне случилось, и хотя большая часть неискусных, нежели благорассудных, сказание обывателей за истину приемля, доводами утвердить искали, благорассудные же никогда верить и по мнению обывателей толковать не хотели. Однако ж из-за большего числа первых и по сказаниям обывателей за ближайшее согласие оных во-первых представляю, которые утверждают так:

§ 6. Зверю под землею жить и ходить не против естества, поскольку, видим, другие с сим сходную или мало разную природу имеют, как слепушонок, который хотя глаз не имеет, и как только на свет выйдет, умрет; другие же, хотя некогда наверх земли и выходят, однако живут и от места к месту переходят более под землею, нежели по верху, как крот, хорь и сурок. 2) Рога оные хотя внутреннею сущностью прочим рогам зверей и скота не подобны, однако видя, что олений и лосиные рога также скотским не подобны, но тверже, то можно быть другим и еще тверже; вид же сих по кривизне более бычьему рогу, нежели слоновому зубу, подобен, а великостию далеко оные превосходят. 3) Из-за стуж долговременных и по сути слонам несносных никоим образом в те края зайти невозможно, ибо и под пятидесятым градусом широты без особенного хранения и теплых покоев жить не могут; а хотя б коим случаем и зашли, то столь многого числа в оном месте быть не могло, ибо каждогодно таковых до пятидесяти и более в продаже бывает. 4) Ежели не думают о потопе, как видно, таковым образом в Европе под землею некоторые кости и прочее находятся, но все или в трут сгнило, или окаменело, и только вид бывшей вещи показывает, существа же нисколько не имеет, а сии свежи и тверды. 5) Ежели б живые звери были на земле, хотя иного состояния, нежели слон, и стужу сносить могли, то невозможно, чтоб от такого многого числа всегда в лесах ищущих ловцов укрылись. Но такого известия, чтоб кто когда видел, не слыхано, а хотя б и то было, оным костям так далеко в землю углубиться невозможно.

§ 7. Другие думают быть особому на земли зверю, приемля за основание Иова главы 40 стих 10, где говорится о звере бемуте [*бегемоте], утверждая доследующим: 1) имя бемут и мамонт великой разности не имеют, и якобы по прошествии многих лет древнее его имя неправильным изречением переменилось; 2) о действии рогов и силе думают, якобы в некотором переводе Иов ясно рогами, а не тайным удом назвал; 3) поскольку живет в пустых и болотистых местах, того ради видеть его никто не может; 4) в таковых болотах кости их после смерти далеко в землю углубиться могут, а когда те болота стоком воды к реке или обыкновенным парением осушатся, то над ними останется сухая земля; сему мнению наиболее шведские пленники, служа святому писанию, последовали, невзирая, что там прикладно рассказывается, как о том многие и толковники думают.

§ 8. Некоторые думают быть действу или игре естественной, согласно некоторым естествоиспытателям, которые о многих камениях, имеющих изображения, утверждают, что не подлинная вещь образуемого, но подобие. Оные же, снова разделившись, одни просто называют игрою естества, другие душою земли, третьи силою или духом семян; но оное более в названиях различается, нежели в сущности действия.

§ 9. Большая часть благорассудных рассуждают, что оные не суть рога, но зубья и в самом деле слоновые, с которыми никоей разности во внутреннем устройстве и внешнем виде не имеют. Покривление же их не есть доказательное, чтоб все равное имели, ибо редко целых видеть случается, может же быть, что другие гораздо прямее отыскиваются. Что же великого размера их касается, оное может быть что и ныне таковые в Цейлоне сыскаться могут, или что в древние времена слоны были больше, да и в Сибири редко настолько великие находятся, что могут за чрезвычайные счесться, как и между прочими животными случается. Неравность состояния их приписывают неравности земли, ибо в местах, где какие-либо соли, от гниения удерживающие, находятся, то могут таковые кости долгое время без повреждения пробыть, а в других местах, где нет таких солей, скоро повреждают, что различными вещами доказывается. Но о прирожденности для сих мест мнения отличаются, и по сути трояко рассуждают.

Во-первых, случилось мне слышать от некоторых шведов, доказывающих, что народы древние в Сибири, кроме недавно пришедших татар, то есть остяки, вотяки, тунгусы и прочие, суть отродья израильтян переселенные 10-и колен. О сем один не постыдился в Стокгольме и книгу, написав, печати предать, однако имени своего не объявил. Сии думают, что жиды, идучи чрез жаркие места, множество слонов с собою повели, которые от стуж померли и чрез долгое время в землю углубились.

Другие, не приемля оного, лучшую историю вымыслили, что Александр, воюя, в сих местах бывав, множество слонов мог иметь, от которых такое великое число костей в землю углубилось и находятся; иные же думают чрез военные же случаи от китайцев и других народов слоны были заведены. Доказательство же от истории у всех равное: что от древности писания распропали.

Третьи думают, якобы слоны сии из стран тех, где и ныне живые находятся, во время потопа стремлением воды занесены и, в тогдашнее великое земли возмущение тяжестью углубившись, поныне остались.

Я же сии и прочие множайшие о том сказания и мнения описывать, краткости служа, оставляю, а для познания истинных обстоятельств любопытному представляю:

 

ИССЛЕДОВАНИЕ МОЕ

 

1720 году по всемилостивейшему указу его величества блаженного и вечнодостойного памяти Петра Великого императора всероссийского послан я был в Сибирь для разыскания рудных мест, размножения промыслов и устроения заводов, при котором по улучению свободного времени старался уведомиться об обстоятельствах сего сказания.

§ 10. Поскольку я прежде прибытия в Сибирь многие различные сказания о сем звере слыхал, но все в таком пребывали сомнении, что ничего за истину утвердить и с довольным доводом опровергнуть неудобно было, того ради возымел великое желание о том подлинно уведомиться и, как только в сибирские страны прибыл, немедленно стал искать людей сведомых, кто б мог мне что-нибудь подлинно сказать. И хотя немало людей по мнению других сведомых спрашивал, но наиболее вышеобъявленные рассказы слышать сподобился, однако ж верить во все сомнительно, особенно же и то, что из одного города, да не одни вести были, то есть не только разные люди, но и один в разные времена разное сказывал, что вчера сказывал, сам видел, то сегодня, когда не мог всех суеверий доказать, сказывал, что слышал от других. Того ради, оставив сие, приложил труд мой вначале к собранию разных костей оного зверя, чтобы, те видя удобнее, рассудить и понять мог, и получил: 1) два клыка (что они рогами именуют) целых и великих и несколько частей величайших, отрезанных от величайших и довольно свежих, привезенных из Якутска и Березова, да 1 целый, но в трут сгнивший, найденный близ Тюмени; оный видом близ полукружия, острый конец вбок выгнулся и немного к остроте со стороны якобы стерт, в основании есть внутри пустота пропорционально размеру, а именно, у большего пустота была вовнутрь около шести вершков, точно такая, как у прочих слоновьих и свиных клыков и у скота рогов бывает; сие приметил у всех, сколько видеть случилось. Из сих целых поднес один его величеству, который длиною 3 аршина с четвертью, толщиною в основании в прорезе с лишком 4 вершка, прочие же свежие употребил в работу токарную и резную. Между штуками, которые получил разрезанными, были некоторые толщиною в прорезе около 6 вершков и толще, видом белы, в работе тверды так, как слоновая кость, особенно те, которые достаточно высохли, поскольку оные после изъятия из земли очень сыры, и ежели не бережно станешь сушить, то середина истрескается; ежели же из наиболее свежего что сделаешь, то невозможно от слоновой отличить; некоторые же желтоваты, но думаю, что оные от гнилости или минералов испорчены. Однако ж и гнилые видом разные, некоторые в трут сгнили, а белы и даются в муку пальцами растереть; другие, пока сырые, видятся твердыми, а когда высохнут, то станут слоями, как бумага, разделяться, а между слоев сыплется также белый порошок, подобный гипсу или кремотартару; третьи хотя еще так тверды, что в точении употребиться могут, но потемнели, подобием корицы, гвоздики или темнее, однако ж очень черных хотя слышал, но не видал. Оное почернение не во всем том зубе равно, но местами желто, местом подобно кокосовому ореху, в другом же месте чернее. А также и твердость в таковых местами не равна, из-за чего едва можно на шишку к трости одноцветную и крепкую сыскать.

§ 11. Случилось мне видеть в Тобольске в доме у тогдашнего господина губернатора его сиятельства князя Черкасского часть головы. Сия часть была верхняя правая четверть лба без морды, у которой из-за ее великих от гнилости повреждений приметить смог не более, чем: 1) оная великостию никакому иному из известных нам зверей, кроме слона, подойти не может; 2) пустота внутренняя, где мозг лежал, по сравнительным размерам с другими животными весьма мала; 3) череп сверх меры толст, и хотя верхняя и внутренняя плоскости того черепа гладки, но между оными очень ноздревато; 4) на стороне, где показывали признак рога, было невеликое возвышение или на сторону кость повыдалась, но поскольку очень была обломана, того ради за подлинное, чтоб рог был, поверить или совсем исключить это уверенности не было.

§ 12. Получил кость, которая обыкновенно у всякого скота дворового и дикого, такого как быки, козы, бараны и прочие, в рогах бывают или на чем их рога растут. Оная была не совсем гнилая, ноздреватая, длиною близ семи вершков, немного покривлена, толщиною в прорезе у основания не меньше 1 1/2 вершка, с частию малою черепа; и хотя весьма видно, что не от челюсти, как зубья бывают, но от лба, но из-за малости оной черепной части о великости головы никоего представления заключить было невозможно, толстота же оного черепа вдвое толще, чем у обыкновенного быка. Сие частию мнение обывателей утверждало, а особенно в том, что то был рог необыкновенной великости, частию же и опровергало, ибо доказывало неспособность к движению рогом. Некоторые думали, он риноцеровый, однако ж мне несколько риноцеровых рогов видеть случилось, оные совсем иной вид имеют, и по сути нижняя ширина рога лишь чуть больше долготы внутренней его пустоты и более продолговатая, а не круглая.

§ 13. По разным местам видел разные кости оного зверя, то есть зубья коренные, ребра, голени, позвонки и прочее, все гнилые, великостию не все равны, каковых костей как в России, так и в прочих европейских странах в земле достаточно находится, и почитает их простой народ за богатырские.

Сии все кости никакого мнения подтвердить не способны были, и из-за того был в таком мнении, что ежели оные не клыки, но рога, то следовало быть во время потопа некоему особому зверей роду, каковых после потопа в жизни не осталось, однако же по представлению моему блаженный и вечнодостойный памяти его императорское величество Петр Великий повелел губернатору его сиятельству князю Долгорукому объявить в народ достаточное денежное награждение, ежели кто целое костей собрание, а по малой мере голову с относящимися к ней частями сыщет и принесет. По которому не одна голова и множество прочих костей из разных мест объявились и в Москву в Сибирский приказ, а также и в Академию наук привезены были, и ныне всякий, их видя, без сомнения поверит, что слоновые суть.

§ 14. Смотрел те рвы, что обыватели именуют ходом сего зверя, в разных многих местах, которые редко долгие, но наиболее круглые суть, глубиною неравны, некоторые сажени на две, другие же сажень до пяти и глубже, в которых местах очень часто и в прямой черте ям 5, 6 и более находятся, что подлинно не знающему причины не без удивления быть может. Причина же тому сия есть: оные поля или леса в Перми и Угории, где наиболее тех ям я видел, суть на плоских высоких горах и от рек текущих выше сажень на 10 и до 20, сверху песчаные, внизу имеют известнóй или гипсовый камень, снега и дожди бывают великие, отчего вода, в малых лощинах собравшаяся, стоит долго и, не имея стоку, уходит сквозь песок даже до оного камня, по которому, когда вглубь пройти не может, ищет в сторону прохода, и так от многих соединившихся капель делается поток под землею и выносит с собою легкие частицы земли, а особенно оный известной камень водою вынести нетрудно, и оттого внизу делаются пустоты и верхняя земля обваливается. Сему в доказательство видел я разные 4 места: 1) Близ города Кунгура у реки Сылвы есть пещера великая под землею в известном камне, в долготе ходу по горе близ версты, внутри оной суть такие места просторные, словно великие палаты или церковь, а другие узкие и едва проходимые скважины, в одном месте есть стоячее очень чистое озерко, величиною поперек сажень на 7 и глубокое; из оного течет малый проток под землю, а втоку в него ни в одной пещере не видно, но собирается самыми малыми жилками сверху по стенам, чего и видеть невозможно, только что везде мокро. В бытность мою случился над оною на поле великий провал, и когда внутрь оного посылал осматривать, то явилось, что оное обвалилось в ту пещеру и один проход засыпало, 2) В вотчине баронов Строгановых близ городка их Серги на запад на середине горы к реке Сылве учинился обвал до воды подобием колодезя, в котором хотя из-за темноты сверху видеть воды не мог, но течение, немалой реке подобное, в глубине около 10 сажень под землею хорошо слышал и бросанием каменья уверился, что вода немалая, из-за паров же, от воды поднимающихся, с огнем опуститься было невозможно. От того места через луг сажень до двухсот видно в реке Сылве, что со стороны оной быстрота немалая реку в кручение приводит, однако ж того протока по берегу видно не было. 3) Близ того же села к востоку при основании горы на низком месте вышла из-под земли речка, именуемая Серга, вдруг без прибавки наружных потоков так велика, что в близости оного места построена мельница и непрестанно 4 колеса ворочать без нужды может. Вода же оная очень бела, и когда поставишь палку, то вскорости известью покроется. Сей воды выкуривал я на огне и отстаивал в скляницах на солнце, явилось немалое число извести, из-за чего никакое животное оной употреблять не может, ибо запах противен. 4) В Кунгурском уезде в селе Ключах из середины горы на песчаном месте вышли в близости один от другого 4 родника так великие, что на каждом по колесу мельничному непрестанно работают. Вода же сия чиста и вкусом приятна. Против оного ж на полуночной стороне при самой реке Иргине внизу горы из крепкого камня вышел немалый ключ серный, где некоторые хотели серный завод построить. Сия вода хотя прозрачная, но бела и так жестоко смердит, что иногда под ветром за версту тяжко ощутительно. 5) Иргина река немалая, в близости оного ж места вышла вдруг из горы серого камня. 6) Река Ирень, текущая возле города Кунгура, по которой немалые суда ходить могут, в которой вода хотя светла, но так противна вкусом, что скот пить не может, и в домовом употреблении ежели что сваришь, то будет мутно и горько. А причина тому та, что во оную многие ручьи, из подобных известных мест вышедшие, впадают. И хотя таковых подземных протоков в сих странах есть более, но уповая, что для сего вышеобъявленного доказательства достаточно быть может, прочие упоминать оставляю. Из сих обстоятельств хотя довольно видимо, что сказание обывателей и последующих их баснях суеверные толки отвергаются и доказывается истинно, что суть слоновые, а не иного зверя кости, только остается к рассуждению три причины: первое, как оные в сии студеные и весьма к жизни слонов неудобные места попали; другое, какой ради вины во оных странах более целых, нежели в других, находится; третье, какова причина неравности цвета.

§ 15. Что касается попадания, оное весьма удивительное, ибо как выше сказано и всякому известно, что в столь студеных местах слонам не только жить, но и довести их из-за нежной природы неудобно. Что же вышеобъявленные о том мнения истине не согласные, оное каждому видимо, как например объявленный шведский автор известился от Шефера и Рудбека, якобы лапландцы суть перешедшие десять колен израильских, слыша же, что оные все северные народы согласный язык имеют, уверился, что все древние сибиряки израильтяне, как выше показано. Да хотя б то истина была, но откуда жидам такое множество слонов взять и какая удобность в такой далекий край завести, а кроме того как оным костям так глубоко в землю уйти, того внятно не рассудил, и видится, что оная его история равна Рудбековой, что рай и град Троя были во Швеции. Но оный Рудбек, когда по истории о слонах доводы привести не смог, то истолковал, якобы то значило блохи, которых крестьяне шведские аллегорически слонами именуют. Что же другие думают от Александра Великого быть приведенными, оное не знаю, из какой истории доказать могут, чтоб Александр так далеко или его войска были. Да хотя б Александр или иной кто в сии северные страны и доходил, однако ж слонов так далеко и такого множества, и к тому же таких молодых, как находимые кости показывают, завести также неудобно, а еще больше углубление оных в землю тому противоречит.

§ 16. От потопа занестись также не менее сомнительно, ибо ежели помыслить, что они из южных стран, где еще и ныне водятся, от наступающей воды так далеко забежали и тут погрязли, то притом надобно доказать, что вода не повсюду вдруг, но от экватора стала наступать и к полюсам разливаться, но повесть о потопе в книге Бытия не так рассказывает. Да хотя б и так, что к полюсам течение было, по некоторым же признакам многие рассуждают, что от зюйд-веста на норд-ост течение потопа было, то слонам нужно было до сих мест бежать более полугода, ибо от Цейлона, ближайшего места, где ныне еще слоны водятся, до Якутска более 60 градусов, или 6260 верст в прямую линию, а ежели б слон всякий день бежал тридцать верст, чего за тягостью снести не может, то б потребно было около 200 дней, поскольку горы, озера, реки и болота на том прямом пути к такому скорому ходу препятствием оказались бы. Ежели же предположить, что они померли в тех местах, где жили, да водою занесло, оное не менее сомнительно из-за того, что всякое животное как только захлебнется, немедленно погрузится и, пролежав немалое время на дне, всплывет. А по-видимости, такое тогда земли великое смешение было, что рыбы, всегда в воде пребывающие, словно малые зверьки, свободнейшую к спасению имея легкость, в таком сгущении в земли замешавшись, в великой глубине, и по сути в окаменелых комьях остались, а столь великим животным всплыть многократно труднее. Да хотя б которые мертвые и всплыли, то снова сомнительно: первое, что надобно к плытию в такие далекие места более времени, нежели потоп длился; другое, чрез все оное время требовалось бы быть только полуденному ветру, и ежели так было, то следовало б скорее было ковчегу Ноеву на севере, а не на горах Араратских остановиться, поскольку оный весел и парусов к правлению против ветра не имел. Итак, все вышеобъявленные мнения о дрейфе остаются сомнительными или скорее неудобными, но остается едино Бурнетово мнение пред всеми за удобнейшее, ежели прежде потопа земля имела иное положение, то есть к солнцу под прямым углом, при котором по всей земли всегда равноденствие, следственно же, на севере довольная теплота и слонам на большей части земли к житию удобность быть могла. В оное же великое земли смятение повсюду живущие умерщвленные, в землю углубившись, поныне в оных местах под землею пребывают, чему, видится, и Книгам бытия Бутнем в книге «Остатки разорений потопных» согласие находит.

§ 17. Что же думают во утверждение положить множество оных костей в сих, а не иных местах, оное, видится, более от недостатка свидетельств истории естественной, ибо таковые, как выше упоминал, находятся по всей Европе, о чем в книгах разных государств, описывающих подземные сокровища, достаточно находим. Сверх сего сам я видел, что у меня в деревне Дмитровской тому назад лет 30 нашли в речке Родтохе зуб коренной слоновый, ныне же в Нижегородской вотчине его сиятельства князя Алексея Михайловича Черкасского в селе Павлове нашли большой клык. Во многих же местах находятся многие слоновые кости, каковых я в Польше, России и в иных государствах при церквах хранимые ребра, позвонки и голени достаточно видал, но более гнилые. Что же оных невеликое число находится в теплых местах, тому причины суть следующие: 1) что в теплых местах скорее оные погнить и в прах обратиться могли, кое хотя б кто и нашел, но только форму, а не сущность, и видя, не знающий, как непотребное, оставит, а знающему найти это случая к тому мало; 2) в Сибири, а особенно в тех местах, берега у рек значительно выше, нежели в Европе, и обмыванием воды обрушиваются глубже, того ради удобнее оные открываются; в Европе ж ниже рек лежащие никогда найтись не могут, разве в местах рудокопных случится, о чем у описывающих рудокопные места и в историях естественных достаточно читаем.

§ 18. Слабое, думается мне, есть доказание неравностию состояния костей ко утверждению того мнения, что оные кости под или наверху земли ныне живущих еще зверей были. Видимо же сие, что неравное состояние от трех вещей происходит: 1) Что находят их не нарочно, и ежели которые поднимут после выпадения из земли вскоре, то оные будет свежее, нежели которые давно выпали, ибо чрез долгое время, лежа на воздухе или в воде, скорее, нежели в земли, повредятся. 2) Неравность земли, ибо в одной скорее, нежели в другой, сгниет, как видно, что некоторые с конца или в средине сгнили, а прочие части той же кости целы и свежее, к чему подземные разные соли наибольшей причиной бывают, и хотя б по пробам химическим никакого знака минерального не было, но разность вида их или цвета достаточно в том уверяют, что верно ни от чего иного, как от въевшегося минерала есть. Сему в подобие суть в Англии, Швеции и других некоторые минеральные воды, которые хотя чрез все химические испытания никакой соли неизменностию вида и действом, во употреблении нечто отличное от простых показывают. Еще же и в простом песке скорее сгниет, нежели в глине. 3) Разность климата наибольшую в том помощь оказывает, ибо оные свежие наиболее в студеннейших северных странах находятся, а в местах ниже не так свежи, судя по всему, что хотя около Тюмени, Томска, Тобольска и прочих мест не меньше находится, но более гнилые, и чем далее к средоземию, то гнилее. По описаниям же видим, что во Франции и в Италии достаточно оных находят, но так уже сгнили, что едва за кость счесть можно, или от пропитавшего укаменяющего соку окаменели, отчего некоторые не за кость, но за игру естества принимают. В Сибири же в тех местах, где оных наиболее находится, то есть около Якутска и Березова, от стуж великих, а малой теплоты земля не всегда растаивает, отчего не только мало каких растений есть, но тела умерших, в земле лежащие, не гниют и нисколько не повреждаются, как о том тамошние обыватели уверяют, что ежели случится какой-либо древний гроб раскопать, то оные гроба, тела и одежды такие находятся, будто вчера положенные. Сии же в величайшей глубине лежащие кости не гнить большие удобства имеют.

§ 19. По завершении сего да не останется смешное и безосновательное их мнение без обличения, чтоб оные звери от поселения людей в пустыни уходят, а сами ж рассказывают, что оные живут в великой глубине и хоронятся от воздуха. А когда воздуха не имеет, то и духа от человека обонять, стука же или хождения и работы человеческой и вовсе слышать не может. Не говоря уже о пропитании оного и о земле, чтоб над ним поднималась, а позади него рвы оставались, что одно другому противоречит, ибо ежели земля подымется, то не выше его высоты, а когда упадет, снова должна то же место наполнить без оставления великого рва, потому что земля, кроме малого от него утеснения, в стороны убыть никуда не может; ежели ж бы он землю, поедая, изничтожал (чего даже огонь учинить может), то б над ним бугра не было. И так видим, что сия басня только от незнания истины сложена.

§ 20. Что же мнения утверждающих игру естества касается, оное наиболее ради того вымышлено, чтоб всеземного потопа такие крепкие доказательства опорочить, к которому китайскую историю за более важное утверждение, нежели писание святое, приемлют, каковых суемудрий и против их достаточно многих опровержений нескудно на различных языках находится, и потому мне между так высоко учеными вмешиваться весьма казалось неприличным. Но поскольку преосвященный Феофан Прокопович, архиепископ Великого Новгорода и прочая, читая сие мое описание, рассудил за нужное для предостережения младых людей, которые, читая иноязычные книги, чтобы нечаянно таким зломудрием не споткнулись, требовал, чтобы я против оного написал краткое рассуждение, для которого представил мне следующие вопросы. Чему я во удовольствие принужден послушным явиться, и оное сему сообщаю.

 

ПРЕДЛОЖЕНИЕ ФЕОФАНА ПРОКОПОВИЧА

 

Прочел я сие физическое следование и рассуждение автора господина статского советника Василия Никитича Татищева и мнение его более прочих, здесь им же помянутых, а отверженных, приемлю и похваляю, и, конечно бы, оное было у меня крепкое, если бы можно доказать, что до потопа солнце всегда неотступно в равноденственном кругу ходило и Феодор Бурнетий [*Thomas Burnet. Telluris teoria sacra] показывает ли тому некие винословия [*доказательства], и если показывает, из мнения ли своего о яичном водоземного мира пред потопом устройстве оные выводит, знать бы я желал, поскольку я давно, и более двадцати лет, теорию читал и обо всем не помню, а при себе ныне не имею.

Сверх того и сие мне приходит на мысль, не можно ль кости оные, мамонтовыми нарицаемые, причесть к числу вещей земли внутренних, во время создания произведенных от создателя, или потом природы действием произведенных по образу и подобию иных вещей, на земли родящихся естественным же порядком, да весьма разным, а именно: 1) можно между дорогими и простыми камнями найти камешки, яблокам, грушам, ягодам, перстам человеческим и пр. подобные; известно же, что камешки, особенно прозрачные, рождаются из неких разного свойства мокрот, в едино некое пустое в земле место стекшихся, как о том изрядно показывает преславный философ Феодор Бойле [*Robert Boyle]; 2) не к тому ли природы игранию причесть надлежит и другие, в каменных глыбах находимые, диковины, то есть изображения и фигуры рыб, птиц и некие будто человеческие, каковых много и в книгах начертано, и в сокровище камней у самого же господина автора видел; 3) поискать в книгах любопытных, не найдено ли подобий животных внутри неких древ и трав; 4) угли, в земле отыскиваемые, если на многих земли местах и в великом достатке находятся, что о том мы скажем, если сделалось то от поверхности пожара, то от чего и когда пожар оный стался, и как угли оные во внутренние недра земные вошли, и из-за чего столь знаменательное на многих местах разорение в историях не находим; ежели учинилось то от огней подземных, то остался бы может каковой знак и след огня, живущего внутри или во окрестностях оных углей. Сия и сим подобные если бы прилежные философы часто испытали и ясно показали, думаю, что и к настоящей материи прибыло бы немало способов к вероятнейшим догадам.

Смиренный Феофан архиепископ новгородский.

 

НА СИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ СИМ КРАТКО ОТВЕТСТВУЮ
НА КАЖДЫЙ ВОПРОС ОТДЕЛЬНО

 

§ 21. В предложении оном вопрос 1. Чем Бурнет подтверждает, что пред потопом земля имела положение к солнцу такое, чтоб всегда в равноденственном кругу ходила?

Ответ. Поскольку Бурнет оное обосновывает разными историческими и физическими доводами, которое весьма пространны, того ради некоторые, взяв из него и других ему последующих доказательств исторических, и по сути из писания святого, для рассуждения представляю:

1) Бытия, глава 1, стих 10: и назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями, и увидел Бог, что это хорошо; 2) стих 11: и сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя, дерево плодовитое; стих 28: и благословил их Бог, и сказал (мужу и жене): плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею. Этим показывается: 1) Что бог сотворил землю всю доброй, к плодоносию добрых растений всю способной, к обитанию всех животных всю удобной, для чего в начале требуется повсюду и всегда умеренная теплота и равная земли доброта. 2) Доказывается из того, что о зиме, морозах и снегах, и даже о дождях до потопа не упоминается там: глава 2, стих 6: источник же исходил из земли и орошал все лице земли (в еврейском и других переводах вместо источника написано: туман восходил); и этим снова показывается, что по такому положению и горы не требовались. 3) Жизнь человека продолжалась более 900 лет, чему помоществовала повсюду равная и благая от благих плодов пища и всегда равно пребывающая теплота вплоть до произведения жестокого и праведного божия за грехи потопом наказания, в котором вся та, прежде обещанная и данная благость отъялась; и хотя проклятие на землю, глава 3, стих 17: проклята земля за тебя, волчцы произрастит она тебе, изрек бог задолго прежде потопа, но подлинное наказание воспоследовало с потопом. Глава 6, стих 13: Я истреблю их с земли. После которого переменила земля положение ее, переменился вид, переменилось разделение времени и воздух. Говоря кратко, переменилось все, отъялось полезное, вселилось вредительное, вместо благорастворенно всегда пребывающего воздуха мороз, снег, буря, дожди и прочее, вместо преизрядных трав взросли терние и волчцы, вместо долгоденствия болезни, печали и скорая смерть, вместо преизрядного земли вида и способности ко обитанию остались великие каменные неудобовосходимые и непрестанно снегом покрытые горы, большая часть земли покрыта морями, озерами, болотами и пр., и так мало осталось, что по исчислению землеописателей едва шестую часть из всей поверхности сего землеводного шара за пригодную к обитанию человека почитать можно ль. Которое ни от чего иного приключиться могло, как от перемены положения земли к солнцу. К сему же вдоволь приобщает и от языческих о златом времени сказаний и пр., но оное оставляю.

Между доводами физическими указывают, что многие вещи, попавшие под землю на великую глубину, расположены в местах таких, где ныне не только во оных, но даже и на расстоянии таком, откуда б водою принесены быть могли, не находятся. Но скорее в местах далекого и совсем к принесению водой неспособного расстояния, кроме слоновых костей, раковин и тому подобных вещей (которые к тому несколько могли представлять удобность), великие ост-индские и африканские под экватором растущие деревья с кореньем и сучьями в Англии под землею найдены были и в других местах находятся.

И хотя сие Бурнетово предположение, что земля постоянно в равноденственном кругу ходила, к доказательству оного, видится, не вполне достаточно, ибо повсюду теплота имела быть, как ныне, в каждом месте в марте и в сентябре во время равноденствия, и по оному также бы слонам не весьма жить удобно было; однако ж и на то показывается снова удобность, ежели отстояние земли к солнцу ближе положить или облака и густоту воздуха, от которого теплота умаляется, отнять, то может быть, что удобность быть могла.

§ 22. Вопрос 2. О яичном водоземного мира устройстве чем обосновывает объявленное Бурнет?

Ответ. По вышеобъявленному его и других философов мнению представлено, что гор до потопа не было, без гор же течению рек быть неудобно, и для избавлении от этого сомнительства представляет оное устройство земли, по которому математическим доводом течению к средине от полюсов быть удобно.

§ 23. Вопрос 3. Не можно ли кости оные причесть к числу во время создания от создателя в земле произведенных?

Ответ. Сему подобное мнение случилось мне читать, якобы бог при сотворении мира, создав многие тела, из них потребное число оживотворил, а прочие оставил брошенными. И на оное ответ, или скорее опровержение, Бутнем в книге своей «Остатки разорений потопных» достаточно изобразил. Сверх же того оное предположение с писанием святым не согласуется, ибо явно в книге Бытия, глава 1, указано, что бог сотворил одного человека и того оживотворил, о костях же человеческих и прочих, чтоб оные поверх или внутрь земли сотворены, не находим. Скорее же б и удивительно, чтоб бог, как премудрый творец, создал что непотребное и ни к чему не нужное, такое как сии кости животных, которых везде великое множество находится, но видим, что все от бога созданные вещи суть нужны и полезны, и хотя о некоторых пользе ум бы наш не постигал, но видим свойство их от начала создания и до кончины (которое в его ж силе состоит) пребывающими неизменными, а сии временами изменяются и в прах или, истощив их истинную материю, наполнившись соком укаменяющим, в камень обращаются, оставив только вид бывшего для воспоминания нам страшного оного наказания.

§ 24. Вопрос 4. Или потом воздействием природы сочиненных по образу и подобию иных вещей?

Ответ. На сие предположение прежде меня от многих в физике весьма преславных людей к отвержению достаточно представлено и с совершенными доказательствами опровергнуто, я же, поскольку видится за нужное, вкратце изображаю. Хотя воздействием природы под землею изображение некоторых подобий совсем отвергнуть невозможно, так как в мраморах, агатах, серпентине, слюде, хрустале и прочих, и как в простых, так и изящных камениях видим различные, подобием существующих животных, строений, инструментов и пр. представляющиеся, но оные только подобия по случаю смешения и разрезания того камня и по мнению зрящего изображают, а сущности образуемой вещи нисколько не имеют. По случаю смешения, говорю, когда во время потопа или оного всеземного сотрения земля поверхностная, с солями смешавшаяся, от каждого приобщенного металла цвет восприняв, от превеликого волнения между собою мешаясь и стираясь, сделала разные виды, подобно тому как например скудельник [*горшечник], взяв различных цветов глину, например, белую, синюю, черную, желтую, красную и пр., оные несколько разжидив в одном сосуде, не думая ни о каком изображении, смешал, потом разрезал, то б, конечно, достаточно мог различных видов и подобий образуемых найти, о чем нам мраморы довольно свидетельствуют, что каменья белые в красной глине, иногда и прозрачистые, а также черные и другие в белой земле окрепли и окаменели, и ежели кто захотел бы с изрядным прилежанием оные анатомировать, то б, конечно, хотя в равной твердости окаменевших, смешение разных земель засвидетельствовал. Этому в доказательство имею 1 кусок мрамора красного с белыми камнями из Италии, а особенно кусок медной руды из Перми, где разных цветов камешки смешались с глиною, которая наполнилась медью и окрепла, и когда шлифовать будешь, то та зеленая глина явит чистую медь. Другое случающееся изображение имеет причины от воскуряющихся паров металлов, которые, сквозь мельчайшие и невидимые скважины в твердом камне, мраморе, агате и тому подобных, проницая, сочиняют подобия деревьев, трав или некоторых строений, как во флорентийском и в других мраморах находят. Таковых имею 2, весьма натурально подобия строений представляют, а скорее строения изображающие более к первому смешению, нежели к сему, видится, относящиеся. Воскурением же скорее изображаются подобия деревьев и трав, однако ж без листьев и плодов, как нам в том плесень в погребах и оконная изморозь от налипающей влаги о таковых сочиняющихся подобиях свидетельствуют.

Что же когда по случаю разрезания таковые виды показываются, оное от меня даже объяснений не требует. Например, камень, в котором изображено лицо человека, разрежь поперек и посмотри с разрезанной стороны, то уже увидишь совсем иное очертание и ни в чем первому не подобное.

По случаю и мнению зрящего так, что на одно изображение глядя разные люди, одни сказывают, видна рука, и оный в том же самом видит голову человека, иной иное, как то я сам слышал о камнях, которые я имею. А таковые об одной вещи различные мнения бывают иногда и правильными, из-за того что с одного края смотришь, видится река, а с другого покажется голова, с третьего простые разных цветов краски, особенно же когда немного накось смотришь, коль скоро от суеверия различные образы и характеры в голове изображаются.

§ 25. Еще же в камениях бывают и обманные изображения, в которых едким составом и огнем подобия весьма искусно выводят и потом заглаживают, что ни малейшего углубления или возвышения не видно, как мне таковых видеть случилось в Копенгагенской кунсткамере, крест черный в белом агате, во Гданьске у законника папежского имена Мария и Иисус, из 4-х первых литер изображенные, у приехавших из Китая были простые неоглаженные камешки, на каждом особое животных, такое как человек, скот, птица и пр., которое мне, или не зная сами, или обманывая, за истинное показывали; также некоторый пленник шведский, по возвращении блаженной памяти его императорского величества Петра Великого из персидского походу, поднес ему камень немалый, на котором сделана была известнóй материею латинская надпись, провозвещающая великие над персами и турками победы; и хотя он думал, что тот его обман вовсе оному государю и никому узнать было невозможно, поскольку камень был не сеченый и литеры на нем возвышенные, однако ж тем обманулся, что хотел доказать, будто то древнее в земле изображение найдено, но забыл, что древние литеры иное начертание имели, к тому же сказывал о том государю, который довольно о таких искусствах сведомым был, и за оное получил награждение.

Ответ. Когда пророчество, тогда и благодарение исполнится, особенно же таковых для пользы собственной вымышленных обманов между суеверными бывает, которые описывать нет нужды.

§ 26. Суть же вещи, в земле находимые, подобные фигурою растущим, но существом свойства или материи весьма разным, как например амиант размолотый и насыпанный в шелк, некоторые губы мягкие подобны растущим в воде, что именуется греческая, хотя в камне лежат очень плотно, а когда разомнешь, то будет мягкая и по великости легкая, да материя есть сущая земля и на огне не горит.

§ 27. По сему видится об игре природы и обманах довольно показано, что оное в сравнение ничего не имеет, ибо оные суть только подобия, точно как начертания живописные на доске, не имеющие никакого тела, сии же суть подлинные тела, имеющие толстоту, длину и ширину, ибо как ее ни перережь, и в малейших частях со всех сторон существо свое не погубляет, но тож де всегда представляет. Например, взяв камень, в котором разных родов раковины соединились, разбери оные бережно, то получишь каждую саму по себе, и с живущими ныне во всем сходные, и как с наружной, так и со внутренней стороны характер ее сохранен, и бывают некоторые обе половины вместе и видно, что еще тело внутри имели и, с оным погрузившись, окаменели, каковых несколько и я имею. И хотя они в кремне, как те раковины, так и в них бывшее мясо, истощив собственную материю, наполнившись соком укаменяющим, в камень превратились, однако ж камня свойство от того, в котором лежат, весьма отличается. Другие, которые лежат в извести, немало сущности потеряли и по сути их как бы сожженными находят, только не случилось мне видеть в глине, как оные остаются, имею же одну в колчедане так сохраненную, что природного цвета еще не погубила. Кто ж может объявленные слоновые кости к изображениям случайных применять, которые не только вид, но и материю так сохранили, что не только видом или в работе, но от химиков чрез все истязания и испытания ту ж самую истину, что и сегодня от слона взятые зубы, покажут.

Может же кто сказать, что и в земле из-за чего не могла б такая ж материя возникнуть, поскольку всяких костей материя земля, с некоторой влагой чрез пищу в животных проникшая, есть. Оное есть истина, только прошу, чтоб кто показал иную какую фигуру, в земле сделанную, которая б в истинности и прочем собственном сих костей состоянию хотя мало подобилась. Но много что вопрошать ведаю, что не покажет, и скорее, оставив младенчество, мнение свое от игры освободит, разве упрямством кто пленен к вероятию склонится не свободен.

§ 28. Что же о том, что в прозрачных камениях, гипсе и янтаре находят некоторых животных заключенных, оное также не игра природы, но подлинное приключение мягкой бывшей той янтарной материи, а гипсовой текущей, коим-либо образом малое насекомое или рыба приметается и в глубине оного затвердеет, каковых гипсов прозрачистых с травами, мухами и прочими из Персии привозных видеть мне случилось, а янтари и ныне имею.

§ 29. Вопрос 5. Не находят ли где в деревьях и травах подобия животных?

Ответ. Подлинно находят, да не подлинные вещи, каковых подобий в древних и новых естествоописаниях и в рисунках приложено достаточно, а особенно Кирхер, Шост, Галилей и другие, видимо, скорее от суеверия, между истинными и врак набрали. Валентин в книге «Museum museorum» хотя также многие такие вещи к описанию природного приобщил, однако ж за предание от других, а не за истину, между которыми от Кирхера взятая трава, скитский боранец именуемая, помещена, якобы растет в странах астраханских, каковой в существе природы нет, но оная басня из арбуза и овчинки (или нарочно для обмана людей или от неразумения) сложена. Между тем находят обманные, как мне случилось в Копенгагенской кунсткамере видеть, кряж расколотый, внутри оного по округлости литеры латинские весьма конфузно изображены, которые хотя видно, что на молодом дереве руками вырезаны, а потом чрез много лет вершка на два заросли, однако ж многие, мне сказывая, за игру природы принимали и некоторые пророчества из того сочиняли, хотя прочесть было ничего невозможно. Сколько же с кореньем и некоторыми травами таких обманов происходит, о которых упомянутый Валентин нечто о корне, алрауном именуемом, описывает. Еще более довольно известно, как кричащие на торжищах доктора, делая из оного корня подобия человеков, за природные не знающим об обмане продают. Таковых растений, образующих некоторые подобия, хотя в книгах и находится, да едва не все из преданий, которым верить без достаточного свидетельства предосудительно. Однако ж может быть и в растении некоторое странное изображение от наружного приключения; например, к редьке приткнется в земле камень, кость или что иное твердое и чрез то утеснение сделает какое странное изображение, что может случиться и с другими подобными кореньями и овощами, как то видим на тыквах нарочно деланные фигуры. Да как бы оное ни учинилось, видно, что ни за игру природы, ни же за действо духа земного или силу семян счесть невозможно; меньше же с вещию сущей сравнять приличествует.

§ 30. Вопрос 6. Угли, в земле отыскиваемые, от поверхностного ль пожара, когда и каким случаем?

Ответ. Сие в земли отыскивается двух видов, одно видим, что дерево было, каковых в Англии и Нидерландии, а также и в Верхней Саксонии в глубине немалой под землею достаточно находится, и, как описывают, оные лежат в великом протяжении, словно великие леса повалены, с ветвями и корнями, некоторые и с листьями, в земле изображенными, и это разных и весьма странных родов деревья, каковых ныне во всей Европе не отыскивается, но только в местах жарких таковые растут, около средоземия. И так видимо, что оные во время всеземного сотрения погрузились, и оные кряжи хотя выглядят целыми, однако ж как уголь крошатся. Причина же горению их думается, что воспаряющиеся духи серные из лежащего под ними колчедана могли учинить, как то видим, что по причине колчедана во многих местах из гор огонь случается. Что же оные в трут не сгорели, оному препятствует закрытие земли, как мы ныне уголь жжем, засыпая землею, а поскольку чрез тот жар влага и серные легчайшие частицы, от которых гнилость наиболее приключается, выгнаны, а остались только соль или земля, которая гнить не может и такой вечно пребывает, как нам достаточно уголь жженый от человека под землею чрез много лет лежащий доказывает, что могут долго или совсем от гниения удержаться.

Некоторые думают быть тому подземному пожару во время потопа от великого земли сотрения, как то и ныне видим, что не только камни, но деревья потиранием одно о другое огонь производят. Но мне думается, что тогда земля, множеством великим вод наполненная, к учинению пожара препятствовала, а объявленным способом после потопа свободнее учиниться могло.

§ 31. Другой уголь есть каменный, который повсюду находится, да в неравном количестве и глубине, в Англии же оных наиболее достают. Оный прежде потопа был, как догадываюсь, поверх земли из согнивших растений с легким прахом или пылью смешенная тина, как видим и ныне, из таковой тины в болотах торф делают, которую во время потопа нанесло и другою землею закрыло, а потом сверх оной другой слой и более наносило и углубило, где же причиною объявленною, то есть от воскурения серы, наполнившись и в уголь обратившись, пребывает. А поскольку более того легкого праха, нежели растений, в той тине было и множество серы присовокупилось, того ради удобнее окаменело, как серный запах, в огне происходящей от них, обонянию соответствует. При заключении сего получил я известие, что на Украине около Бахмута и [не разб.] среди обрели уголь каменный, лежащий в известном камне, который как только получу, с достаточной обстоятельностью сообщить постараюсь.

Сим оное в краткости окончив, думаю, что на столь ясное дело большего доказательства не требуется, однако ж я мое мнение за непогрешное не поставляю, ни тем более упрямством на правоте не настаиваю, но скорее желаю, чтобы сей мой малый труд во славу всевышнего творца, угождение любопытного, в предосторожность от таких суеверий ближнему быть мог. А ежели кто какое-либо погрешение усмотрит или лучшее доказательство имеет, прошу чтобы доброхотно зачел мне по человеческому в недостаток и оное исправить постарался, чем не только не оскорблюся, но скорее благодарным быть обязуюсь.

 

ПИСЬМО В.Н. ТАТИЩЕВА ПРОФЕССОРУ И.Г. ГМЕЛИНУ

 

Благопочтенный господин профессор,

Хотя многие описатели о звере мамонте известия в книгах, иные кратко, иные пространно, описали, однако думается, что оные только по сказанию обывателей, а сами, имели ли кто о том настоящее испытание и что нашли, не упоминают. Из-за чего и о сущности, в том заключающейся, истинно являются сомнительства, о чем многие иностранные вещелюбцы с немалым желанием о сущности известия требуют уведомления, как мне в бытность мою в Швеции многократно от ученых бывало. И хотя я тогда, не имея при себе записок и другого надлежащего к тому, известия не хотел письменно производить, но для удовольствования некоторых, особенно же бывшего тогда Упсальской академии доктора теологии, который и ныне епископ, мужа во искусствах естествоиспытания преславного и в древностях многосведомого господина Бейселиуса, сколько тогда время допустило, написал, что и печати в Актах той Академии на латинском языке передано. Ныне по желанию вашему то самое, во многом исправив, при сем посылаю, да возможет в чем-либо вас удовольствовать.