Алексей Иванович Рыков
Заключительное слово по докладу на IV съезде СНХ 18 мая 1921 г.

Товарищи, из ряда чрезвычайно интересных записок, которые были мне поданы, по вопросам, связанным с моим докладом, насколько я помню, большая часть была посвящена действительно основному моменту той экономической обстановки, которая на нас надвигается. Прежде всего я должен предупредить, что отнюдь не нужно преувеличивать размер тех изменений, которые предстоят в нашей экономической действительности. Как вы знаете, о концессиях мы докладываем не первый раз. И противников концессионной политики я могу утешить тем, что до сих пор ни одна концессия окончательно не подписана. По поводу этого дела мы, пожалуй, больше разговариваем, портим бумагу, чем добиваемся толку. В настоящее время ни одна концессия еще не сдана, и если на ближайшее будущее предвидится сдача концессий, то это необычайно маленькая концессия одной из шведских фирм на производство шарикоподшипников. Что касается крупных концессий, и в частности проекта концессии, который был подписан по поручению правительства мною с Вандерлиппом, то они до сих пор еще не вышли из стадии переговоров. Заключение договора с Англией и Германией делает концессионные перспективы более реальными, особенно со стороны немцев, в силу конкуренции Германии с державами Антанты, и возможно, что ближайшее будущее даст нам что-нибудь более реальное, чем то, что мы имели до сих пор.

Точно так же чрезвычайно серьезным является вопрос о росте у нас буржуазного хозяйства, буржуазной собственности и частнокапиталистической промышленности. Я недавно слышал рассуждения одного товарища, который довольно картинно описывал разговор двух рабочих -- одного с подземных каменноугольных шахт и другого с соляных промыслов. Представитель соляных промыслов заявил по адресу Донецкого каменноугольного района, что рабочие там лучше питаются и лучше обеспечены продовольствием, чем на соляных промыслах. Однако тут нужно учитывать тайное мелкое мешочничество. Большое число рабочих покупает продукты на вольном рынке и этим вовлекается в торговый оборот буржуазии. Избежать этого явления нельзя никакими принудительными мерами. Товарищ, рассказывавший о споре двух рабочих с соляных промыслов и угольной шахты, позабыл сделать соответствующий политико-экономический вывод о росте в течение уже нескольких лет буржуазии из мешочничества. Если вычислить, какую часть продуктов рабочий получает натурой и какую он приобретает на рынке, то 90 случаев из 100 падает на рыночную покупку продуктов, конечно, с нарушением всех установленных законов. Закрывать глаза на это явление невозможно. Эту болезнь, эту язву легче лечить во вскрытом виде, легче преодолеть рост буржуазии и тот "мешочнический" разврат, который существует не только среди буржуазного населения, но даже и в широких кругах рабоче-крестьянских масс.

Я приведу здесь чрезвычайно интересную записку по вопросу о профессиональных союзах. Она была написана в очень туманных фразах, но одну фразу я помню: неналаженность работы на заводах объясняется тем, что на рабочую массу влияют профессиональные союзы и заводоуправления.

Одна из этих организаций стремится как можно выше поднять производство товаров и ввести наиболее твердый режим; она видит разрешение экономического вопроса в разрешении товарного кризиса. Другая же организация принимает все меры к тому, чтобы всячески облегчить положение рабочих. Поскольку профессиональный союз, говорится в этой записке, пользуется наибольшим влиянием как наиболее близкий к нашим рабочим массам, постольку правильнее было бы передать фабрики профессиональным союзам -- тогда профессиональные союзы сразу вылечатся. Я думаю, что из основной предпосылки автора записки вытекает, что на местах и в широких рабочих массах существует тенденция работать меньше и получать больше, следовательно, отдать им фабрику рискованно: ее расхитят и окончательно погубят дело.

Та путаница, которая теперь существует в отдельных местах (ее в центре нет) в отношениях между профессиональными союзами и советскими органами, объясняется тем, что недостаточно внимательно читаются постановления Советской власти и партийных организаций. Вся ответственность за производство на заводах целиком и безусловно лежит на заводоуправлении. Я получил большое количество телеграмм и заявлений, в которых предлагают сдвиг назад и в области дисциплины, и в области единоличия. С другой стороны, я получил несколько предложений из Донецкого района о том, что нужно ввести коллегии там, где имеется единоличие. Это неправильно. Кандидатуру единоличного заведующего нужно при назначении обсудить всесторонне с профессиональными союзами и назначать его при том условии, если он завоюет доверие масс; но это ни в коем случае не должно устранять полностью твердость в управлении заводом, подчинение заведующего экономическому органу. Право административного ареста до 2 недель, насколько я понимаю, предоставлено на местах местным совнархозам, относительно всей России -- Президиуму ВСНХ, и оно полностью распространяется на тех представителей профсоюзов, которые заведуют фабрикой или той или другой отраслью экономической работы. То, что они выбраны от профессионального союза и являются кандидатами его, вовсе не ограничивает действия на них тех законов, которые обязательны для всех граждан республики. Ни малейшего сдвига в сторону расхлябанности нельзя допускать.

Постановления профессиональных съездов -- и губернских, и областных -- говорят о необходимости ввести дисциплину и усилить ее. Я приводил пример относительно металлических заводов Сормова и ряда других, где дисциплиной в большинстве случаев мы обязаны профессиональному органу. Он учредил дисциплинарные суды, ввел публичные судебные собрания, карая иногда чрезвычайно беспощадно.

Одна из записок была подана мне на тему тех статей, которые в последнее время печатались в "Экономической жизни" о "чусо". Как вам известно, человеком с этим хитрым названием являюсь я. Я неоднократно входил в ЦК и в правительство с предложением снять с меня эти чрезвычайные полномочия и уничтожить -- конечно, не физически, а организационно -- институт "чусо". Если до сих пор это не было сделано, то потому, что в военных сферах этому противятся. Реввоенсовет категорически высказался против, и мы до сих пор не можем выиграть этот процесс об уничтожении Чусоснабарма. Отчасти это определялось и тем, что к демобилизации армии, которая решена VIII съездом Советов, приступили только весной. Вплоть до весны мы имели армию самую крупную по численности из всех европейских государств, притом в наиболее разоренной стране Европы. Прекращение войны вовсе не уменьшило задач по снабжению армии, количество солдат осталось то же, поэтому до сих пор никакого облегчения от прекращения войны в смысле траты ресурсов не было, обмундирование и хлеб, а также предметы боевого снабжения шли в том же количестве. Мы старались в этом отношении поддержать выработку. У нас не было резервов не только топлива и продовольствия, но также и боевого снабжения, так что необходимо было затратить несколько месяцев, чтобы получить резервы и в этой области. Но в настоящее время, когда демобилизация идет довольно успешно, в связи с открытием водных путей сообщения и, кроме того, отпусками на полевые работы я вполне уверен, что с сокращением армии будет ликвидирован и чусо. То, что было в наших силах по ликвидации чусо, мы сделали. В настоящее время продолжающееся существование чусо отнюдь не обязано нашим настояниям и нашим желаниям.

Несколько записок было подано мне по вопросу о районировании. Разрешение этого вопроса несколько задержалось, несмотря на то, что на VII съезде Советов мы его провели и была принята наша поправка о районировании в ускореннейшем порядке с оговоркой, что если невозможно провести районирование сразу на всей территории республики, то не нужно задерживать районирования отдельных областей. Вопрос, на мой взгляд, слишком запутан бесчисленным количеством проектов. Я думаю, что на ближайшей сессии ЦИК необходимо настоять на резолюции о быстрейшем разрешении этого вопроса. Я лично был и остаюсь противником экономического районирования, отделенного от районирования административного. Ибо, как я указывал и в своей первой речи, та область хозяйства, которой ведаем мы, -- это собственно туловище, которое может оказаться с годовой, но без рук и без ног.

Мы не можем проводить сами и финансы, и продовольствие, и мобилизацию, и т. д. Без помощи советов и всех его отделов экономическая жизнь развиваться не может. Поэтому вопрос о районировании должен быть разрешен целиком, а не только по отношению к той области жизни государства, которая находится в нашем ведении. В основу должен быть положен экономический признак, но пределы экономических районов должны являться пределами государственной власти.

Пока этого нет, мы вынуждены идти в ряде случаев на районирование чисто экономическое, иногда в отдельных отраслях нашей экономической жизни, в частности в вопросе о сплаве, за что нас так упрекал т. Рудаков. Река имеет привычку течь не согласно декретам Советской власти или административным велениям. Она течет так, как текла целые десятилетия, перерезая ряд губерний, и плоты идут так, как идет река. Поэтому необходимо было на время сплава идти на создание единого органа, который обеспечил бы интересы этого сплава. Мы имели один экономический орган, занятый осуществлением одной из задач сплава на территории, которая охватывала несколько губерний и уездов, иного выхода не было. В этом были свои плюсы и свои минусы. Минусы -- это осложнения с целым рядом организаций. Плюс тот, что та или иная основная задача исполняется и обслуживается на территории, независимо от того или иного административного деления.

Судя по запискам, меня не поняли, когда я говорил о Донецком бассейне. Я Донбасса коснулся в своей речи потому, что восстановление экономической жизни в республике в настоящий момент может и должно начаться только с Донецкого бассейна. Он представляет тот рычаг, при помощи которого можно повернуть всю экономическую жизнь республики. Поэтому величайшее внимание должно быть обращено и обращалось на Донбасс. И мы на съезде Советов предложили (это было принято) целый ряд решений, которые обеспечивали Донбасс и продовольствием, и работниками, и т. д. Конечно, сделано лишь то, что мы в силах сделать в настоящий момент. Кроме того, я вовсе не указывал, что хозяйство там идет хуже. Оно идет лучше, но настолько медленно, что если оно пойдет таким же темпом дальше, трудно будет сказать, что из этого выйдет. Здесь указывали на наши неожиданные и крутые повороты, которые мы делаем. В революционный период едва ли можно без этого обойтись. Самая большая и величайшая неожиданность, которая произошла, -- это Кронштадт, который обязывает нас сделать политические и экономические выводы.

И мы, в частности, по отношению к внешней торговле, пошли на политику, радикально противоположную той, которая практиковалась и которую мы хотели проводить. Этот поворот политики в области внешней торговлей заключается в том, что мы в наших экспортных планах направили приблизительно 80% средств на приобретение орудий производства, но не предметов личного потребления. За последнее же время мы громадное количество средств расходуем на покупку картофеля, консервов и т. д., на что тратим часть золотого фонда, нужного для восстановления оборудования нашей промышленности. Если продовольственный кризис затянется, возможно, перед нами встанет задача покупать за границей хлеб. Можно ли это было предвидеть раньше? Я думаю, что нет. Мы ошиблись, слишком преувеличив выносливость рабочих и крестьян. Последние три года протекали в условиях невиданного истощения сил человека, его нервов, увеличения смертности и т. д. Что человек может выдержать -- предвидеть необычайно трудно. Требовательность широкой рабочей массы теперь возросла. Это объясняется и величайшим истощением, и тем, что прекратилась внешняя опасность, опасность нашествия роялистов. Люди захотели устроиться по-хорошему, отдохнуть, а вместо этого им говорят: поработай лет десять до электрификации, потом отдохнешь.

Однако, не все выдержали и не все могли выдержать. Требовательность повысилась, и этот факт сказался на целом ряде изменений нашей политической и экономической программы. Т. Милютин в своем докладе назвал это восстановлением рабочей силы. Для того чтобы восстановить рабочую силу, нужно невиданное количество продуктов и предметов личного потребления. Дальше жить в такой нищете рабочие не могут, и поэтому целый ряд поворотов определился совершенно ясно в ряду нами намеченных перспектив.

Если вы возьмете первоначальный набросок нашего производственного плана, который я критиковал на- предпоследнем съезде партии, то он заключается в том, чтобы сначала шло изготовление орудий производства, добыча сырья и т. д. и только на четвертом или на пятом месте изготовление предметов личного потребления. Я тогда заявил, что этот план будет сорван целым рядом перегруппировок, ибо на выработку предметов личного потребления мы должны будем уделить гораздо больше внимания. Никаких других более или менее серьезных указаний и возражений не было. Указывали целый ряд дефектов и недостатков, которые наблюдались в деятельности ВСНХ. Я не могу, конечно, отвечать, насколько они справедливы. Т. Рудаков указывал на то, что не нужно было строить электростанции на Свири и Волхове. По этому поводу существуют разные мнения.

Эти специально технические вопросы трудно обсуждать на таких съездах, как настоящий. Нам ясно было, что оборудование для этих крупнейших электрических станций мы не сможем получить до конца 1921 или 1922 г., но предварительные земляные работы должны были занять целый ряд лет. И там произведена колоссальная работа: детальное проектирование этих гигантских по размерам работ и подготовительная работа по устройству этих электрических станций.

Что касается возражения т. Рудакова по вопросу о нашем официальном документе относительно топливного кризиса, то я бы предложил ему высказаться в печати. Документ этот был опубликован давно в "Известиях", в "Правде", в "Экономической жизни" и два раза издавался специальной брошюрой. Т. Рудаков так заявил: там сказано и "то", и "это", а что -- не поймешь. Я боюсь, что в том, что "не поймешь", более виноват т. Рудаков, чем документ, о котором идет речь. Этот документ был официальным правительственным документом. Нужно было выступить в печати, и тогда мы поспорили бы, насколько этот документ справедлив. Основные моменты тезисов, развитые в этом документе, докладывались на съезде ВЦИК, они были в резолюции Центрального Комитета, и я говорил о них в докладе, когда касался этого вопроса.

Что касается цифр относительно Петрограда, то мы их проверяли десятки раз. Мы выбрали самые верные. Т. Рудаков объяснил и сам, что топлива дали меньше, чем заказов. Заказы, говорил он, мы получали и от совнархозов, и от других наркоматов. Этого они не учли. Раз мы не давали заказов, мы и учесть не могли. Но топливо, которое мы дали, ограничивает количество заказов. Комиссия Классена, которая анализировала это дело, нашла, что не было перерасхода по отношению к той работе, которую заводы сделали. Фактически дело заключалось в том, что заказов было дано больше, чем было дано топлива, и топливо было израсходовано в более короткий срок, чем это было можно. Петроградцы должны были в пределах отпущенного топлива сократить заказы, а не ускорять его сжигание. Этим они ускорили кризис петроградской промышленности. Доля вины лежит и на нас, что мы не заметили этого и не приняли соответствующих мер. Но ответственность наша взаимная с Петросовнархозом.

Вот по существу те замечания на главнейшие вопросы, которые мне хотелось сделать. В заключение я прочту записку, которую мне передали:

"Как можем мы конкурировать с частной инициативой, имея на шее рабоче-крестьянскую инспекцию и твердые ставки, а на продовольствие мы пока только надеемся! Будет ли дана возможность совнархозам проявить инициативу в области снабжения рабочей силы и т. п.?" Такая инициатива должна быть предоставлена полностью. В декретах, которые проведены по этому вопросу, указано, на какой фабрике могут быть рабочие кооперативы.

Каждый рабочий кооператив может участвовать в товарообмене, и рабочего каждого завода можно заинтересовать этим путем в повышении производительности его труда. Один из интереснейших разговоров был у меня на одном стекольном заводе. Когда нужно было выпустить определенное количество стекла, я предложил программу: до такого процента сделать, а из остального -- половина ваша. Они поручились, что будет исполнено полностью. И целому ряду других заводов, где можно отчислять, мы ответили, что можно и нужно отчислять долю как стимул поднятия производительности труда. Допустим, сделано до 80%, с дальнейшей выработки получаешь долю в 4 или 5%, а выше 100% получаешь 25 или 40%. А когда еще выше -- получаешь половину. Нужно использовать это полностью как для облегчения снабжения рабочих, так и для повышения производительности труда на фабриках и заводах. Что касается рабоче-крестьянской инспекции, то я думаю, что в настоящее время, когда мы вступаем в фазу конкуренции, она должна найти иные пути и иные методы в своей работе. Я должен констатировать, что значительная часть хозяйственников установила в своей программе в отношении рабоче-крестьянской инспекции ряд обходов. (Смех) Помимо обходов нужно найти легальные пути, чтобы избегнуть излишних пут и стеснений. В отношении кооперации и Центросоюза уже приняты постановления, что предварительная ревизия отменяется и остается последующая ревизия. Я думаю, что-нибудь в таком духе .придется провести и для национализированной промышленности в целом.

Я всецело поддерживаю одного из товарищей, критиковавшего величайшее количество отчетов, которые пишутся из всевозможных учреждений, фабрик и заводов. Я должен сказать, что большая часть отчетов, которые ко мне попадают, ни к черту не годятся, разве только для сдачи на фабрику, чтобы испорченную бумагу переработать в новую и хорошую. Мы провели декрет об ограничении числа учреждений, имеющих право посылать ревизии или требовать отчета от экономических органов и фабрик. Я до сих пор не могу забыть одного завода, на котором я нашел три ревизии сразу. Конечно, я немедленно принял меры, чтобы это ликвидировать. Теперь изданы положения о том, кто может контролировать. Этих контролеров оказывается больше, чем работников: могут контролировать советские организации, профессиональные союзы, высшие инстанции, все органы рабоче-крестьянской инспекции. В одном совхозе я нашел делегацию рабоче-крестьянской инспекции из уезда, делегацию рабоче-крестьянской инспекции от губернии, и пришло уведомление, что едет для ревизии делегация из Центра.

Здесь было совершенно справедливо указано на то, что мы еще не сделали всех выводов из того материала, который к нам поступает. Одним из этих выводов является необходимость сделать рабоче-крестьянскую инспекцию более подвижной и более инициативной.

В секции по снабжению мы рассмотрим те проекты декретов, которые были изданы до сих пор по этому вопросу. В остальных отраслях экономической жизни мы имеем план, может быть, слабый, неполный, за исключением вопроса о восстановлении рабочей силы; здесь нет никакого плана. Создано бесчисленное количество комиссий, которые действуют только от случая к случаю. Поэтому вопрос этот заслуживает особенного внимания. Конечно, основными вопросами являются вопросы быта, в частности жилищные условия на заводах. Необходимо сделать ряд выводов для того, чтобы в этом отношении мы были поставлены в условия лучшие, чем частные предприниматели.

Я должен еще ответить на один упрек, мне сделанный, что я не дал полного отчета о работе ВСНХ. Мы, чтобы дать представление об этой работе, иногда организуем целые циклы лекций, которые длятся по нескольку недель, но и в них не можем дать исчерпывающего отчета о всей промышленности в целом. Поэтому я и выбрал только главные моменты для настоящего и последующего периодов и остановился с возможной полнотой на этих двух моментах.

Я должен отвести упрек, брошенный мне, по вопросу об инициативе мест. Я являюсь одним из тех работников в экономической области, которые давно уже повернули в сторону децентрализации, и не за страх, а за совесть сделали все, что могли, в этом направлении. VIII съезд Советов определенно высказался в этом вопросе по нашей инициативе, так как соответствующая резолюция была предложена мною.

Вопрос о сокращении штатов в связи с разгрузкой -- вопрос ближайших недель. В этом направлении я хотел бы подчеркнуть один из предрассудков, который до сих пор сквозит в целом ряде речей. Это о спецах и служащих. Я получил запрос в одной из записок, почему так хорошо живется спецам и служащим в Центре. Мы вступаем в конкуренцию с концессиями, и одной из форм ее является конкуренция техническая. Эту конкуренцию мы можем выиграть только в том случае, если у нас будут лучшие инженеры и лучшие технические силы, если мы их удержим за собою, а удержать мы их можем, только создавая для них лучшие условия существования. Надо сказать прямо и открыто, что рабочие без инженеров, без техников, без применения прогресса науки не могут победить капитализм, который применяет новейшие усовершенствования. Наша основная задача -- .поднятие техники -- в условиях конкуренции осложняется во много раз. Что касается обеспечения и хороших якобы условий существования работающих в Центре инженеров, то это ошибка, -- они обеспечены плохо. Если вы вспомните, что они лишены даже карточек на продовольствие, то, я боюсь, что значительная часть краж и преступлений, которые происходят у нас, происходят не потому, что эти люди уголовные преступники, а потому, что они поставлены в такие условия жизни, что им приходится или красть, или умирать с голоду. Нам нужно уменьшить штаты до 50%, до минимума, но обеспечить оставшихся так, чтобы они имели возможность работать, оставаясь честными.

Другого выхода для нас нет. Поэтому мы подошли к вопросу о создании премий за сокращение штатов с сохранением всех 100% пайков и продовольствия; можно здесь выдумать какие-нибудь другие подходы, но нужно со всей определенностью сказать, что катаются как сыр в масле в настоящее время те из инженеров, техников и служащих, которые воруют. Советская власть дает им слишком мало для того, чтобы они могли жить без соблазна. Плохо положение рабочих, не лучше в большинстве случаев и положение служащих. Без них мы обойтись все-таки не можем, мы должны сделать и сделали целые группы инженеров нашими сторонниками. Это видно хотя бы из того, что нигде не встречала такого сопротивления концессионная политика, как в кругах тех инженеров и техников, с которыми мы работали на протяжении трех лет и которые уверовали и убедились, что можно без всякой частной собственности восстановить и развить промышленность. Мы имеем уже целый ряд идеалистов в этой области, иногда беспартийных, но работающих беззаветно. И мы до сих пор ничего не сделали, чтобы им помочь и их отличить. Борьба за спецов должна вестись не только кулаком, -- конечно, жулика нужно арестовать, грабителя нужно расстрелять, -- но мы должны отличать тех из них, которые не за страх, а за совесть работают на пользу республики и рабочего класса.