Алексей Иванович Рыков
ОЧЕРЕДНЫЕ ЗАДАЧИ ТОРГОВОЙ ПОЛИТИКИ И ПРАКТИКИ
(Речь на I Всероссийском съезде представителей биржевой торговли 11 января 1923 г.)

Товарищи, с тем большим удовольствием приветствую настоящий съезд, что в лице его участников мы имеем дело не с теоретиками промышленного и торгового дела, а с его практиками. Один из наших недостатков заключается в том, что у нас теория слишком далеко опережает практику, что мы слишком медленно и иногда плохо проводим в жизнь наши программы и резолюции. В вашем лице мы имеем дело не с теоретиками, не с бюрократами промышленного и экономического дела, а с людьми, которые стоят ближе всего к нашей пестрой экономической действительности.

Я прежде всего хотел бы со всей решительностью подтвердить устойчивость нашей новой экономической политики. Еще в начале ее было заявлено, что она вводится твердо и на долгий срок. Конечно, теперь не может быть речь об ее изменении хотя бы потому, что в настоящее время мы только переходим к оформлению ц детализации нашей работы на основе новой экономической политики. Совсем еще недавно ВЦИК принял гражданский кодекс, теперь мы пересматриваем и оформляем юридическое положение нашей промышленности в соответствии с новой экономической политикой. И настоящий съезд является в сущности первым всероссийским съездом по одному из основных вопросов новой экономической политики -- по вопросу о торговле. В чем основная коренная разница между новой экономической политикой и старой? Конечно, она заключается прежде всего в господстве при нэпе товарного и денежного обращения, замене продразверстки налогом, развязывании торговли, установлении связи между потребителем и промышленностью не на основе снабжения, а на основе свободного обмена. Основа, узел новой экономической политики, заключается в торговле.

А между тем именно в этой области, которая в настоящее время является одной из основных и наиболее ответственных, в которой приходится прежде всего искать разницу между новой и старой экономической политикой, мы менее всего научились работать. Это отчасти объясняется тем, что понадобился сравнительно большой срок, чтобы убедить наших товарищей в том, что торговля есть тоже специальность. Первый период новой экономической политики мы прожили под впечатлением, что торговать могут все и всем. Этим особенно болели наши производственные организации. Можно привести ряд примеров, когда наши тресты 90%, своей торговой деятельности посвящали тому, чтобы продавать то, чего сами не производили, и покупать то, что не имело отношения к их производственной работе. Эта крупнейшая ошибка была выражением того, что к торговле не относились с достаточной серьезностью. Между тем торговля -- одна из ответственнейших отраслей народного хозяйства, которая требует специальных знаний, требует такой же детализации и специализации, как наша фабрично-заводская и всякая другая область экономической деятельности. Эти "детские болезни" торговой деятельности наших хозорганов в настоящее время или изжиты, или изживаются. И биржевым комитетам удалось в этом деле сыграть очень большую и очень ответственную роль.

Главнейшие столбы, на которых покоится наш торговый оборот, -- это государственная, кооперативная и частная торговля. Болезни государственной торговли изучены с достаточной подробностью. Совершенно незаметная роль государственной торговли в области розницы должна будет все больше сокращаться.

Таким образом, основной момент, который приводился промышленными организациями в защиту того положения, при котором каждая фабрика обращается в торговый "Мюр и Мерилиз", в настоящий момент должен отпасть. Экзамен, который произвел рынок нашей промышленности за последний год, выявил ее основные недостатки, которые должны быть возможно скорее излечены.

Основной вопрос, стоящий в порядке дня нашего совещания, -- это вопрос о политике цен. Его пытаются рассматривать с точки зрения узких интересов промышленности или торговли. исходя из того, что промышленность имеет большие возможности при настоящем состоянии рынка использовать создавшиеся отношения между городом и деревней для увеличения ценностей. Имеющийся в этом отношении опыт с несомненностью доказал неправильность политики, стремящейся к непомерному повышению цен на промышленные товары, с тем, чтобы за счет высоких цен покрыть необычайно возросшую себестоимость промышленной продукции. Вместо того чтобы центр тяжести перенести на борьбу за понижение себестоимости, наши хозорганы сплошь и рядом думают только о том, чтобы как можно дороже продать. Эта политика в корне неверна. Она не учитывает основных задач, которые стоят перед промышленностью в отношении деревни. Она забывает громадную роль натурального хозяйства в нашей деревне, особенно сильно возросшую за время "военного коммунизма".

Ввести мелкое крестьянское хозяйство в русло товарно-денежного обращения можно лишь при условии, если промышленность будет давать товары достаточно дешевые, чтобы крестьянин находил для себя выгодным бросить свое натуральное хозяйство (с производством своей одежды, своей обуви, своих орудий производства) и находил для себя более выгодным продавать хлеб и покупать ткани, обувь и железо на рынке. Это произойдет только в том случае, если крестьянин увидит, что затратит меньше сил, меньше энергии и меньше материала, покупая соответствующие фабрикаты на рынке, чем если сам будет их производить. Значение натурального хозяйства будет падать постольку, поскольку нашей промышленности удастся понизить себестоимость производства и тем самым связать через торговлю хозяйство крестьянина с фабрикой. Это возможно только на почве дешевого массового производства продуктов фабрично-заводской промышленности, приспособленной к нуждам крестьянства и сельского хозяйства.

Мне думается, что дискуссия, которая ведется по вопросам политики цен, не учитывает огромного значения проникновения наших товаров в деревню, той роли, которую должно сыграть это проникновение в процессе перехода деревни от натурального хозяйства к товарному. Наши хозяйственники должны понять, что промышленность наша внедрена в громадное море сермяжной крестьянской массы, и эту громадную сермяжную массу промышленность может привлечь к своей работе, может заставить покупать свои товары, конечно, не резолюциями, а только экономической выгодой для крестьянина-потребителя, дешевизной своих товаров, понижением их себестоимости. Этот вопрос имеет не только экономическое, но и политическое значение. Самая возможность расширения крестьянской запашки, количества хлеба, которое крестьянин будет выкидывать на рынок, отношение крестьянства к городу, рабочим и Советскому государству -- все это в огромной степени зависит от того, почувствует ли крестьянин выгоды от нового экономического строя. Громадное значение этих вопросов для всего советского режима настолько велико, что мы не решились предоставить их анархии и свободному соотношению сил между трестами и потребителями, между городом и деревней, между промышленностью и сельским хозяйством. Значительную часть вопросов этого порядка мы подчинили регулированию Комиссии по внутренней торговле. Мне кажется совершенно несомненным, особенно после пережитой войны, дезорганизовавшей все хозяйство страны, что Советская власть не может отказаться от тех прав на свое участие в экономической жизни, которые сохраняет за собою значительная часть буржуазных правительств до настоящего времени.

Я не буду больше касаться вопроса о политике цен, я коснулся этого вопроса только для того, чтобы указать на его не только техническую, но и громадную политическую и экономическую роль, так как это именно та область, которая будет определять отношение крестьянства к новому экономическому строю и к Советской власти.

Я уже указал на то, что у нас практика сильно отстает от теории. В области торговли мы сделали уже значительные завоевания, но я должен со всей решительностью подчеркнуть, что эти завоевания ни в какой степени недостаточны для того, чтобы мы могли чувствовать себя сколько-нибудь спокойными. Это относится к государственной торговле, к кооперативной и к частной. Ряд недостатков мы уже изжили или изживаем довольно успешно. Однако этого нельзя сказать относительно цен, где мы иногда встречаемся с неожиданностями более странными, чем колебания нашего рубля.

Основная задача кооперативной торговли, конечно, должна заключаться в проникновении ее в деревню, в организации массового мелкого потребителя для торговых целей. Эта задача -- задача внедрения в деревню, приобщения крестьянства к товарообороту, сокращения накладных расходов по передаче продуктов с фабрик потребителю и передаче сырья от крестьянина промышленности -- в настоящее время кооперацией еще не разрешена.

Если проанализировать двустороннюю деятельность кооперативной торговли в отношении связи с заграницей (работу по импорту и экспорту) и работу кооперации для крестьянина, то я склонен думать, что по отношению к загранице кооперация сделала больше, чем по отношению к крестьянину. Между тем база кооперативной торговли должна заключаться в организации мелкого потребителя.

Мне во время объездов Советской России неоднократно приходилось встречать совершенно анекдотические случаи, когда целые деревни были лишены кооперативных или каких-либо других лавок и вследствие этого попадали в руки случайных спекулянтов, которые в некоторых случаях (как, например, я наблюдал на Северном Кавказе) требовали до 3 пуд. ржи или пшеницы за пуд керосина; это подтверждено участниками одной из конференций, на которой я присутствовал. Такого рода положение не может считаться в какой-либо степени терпимым, и кооперация должна напрячь все свои силы для продвижения товаров в деревню, для организации мелкого потребителя, для дальнейшего развития нашей торговли в области крестьянского хозяйства.

Что касается частной торговли, то главнейший недостаток частного капитала (который теперь в торговле уже участвует в значительном размере, как это можно видеть по отчетам биржевых комитетов), мне думается, заключается в его стремлении во что бы то ни стало занять место между нашими производственными организациями в их торговых операциях между собою. Частный капитал слишком большой процент своего внимания и своего капитала уделяет посредничеству между нашими госорганами. К этому присоединяются, конечно, игра на падение или повышение рубля, хаос в расценке товаров, возможность легкого и быстрого обогащения. Желательно, чтобы частная торговля поняла, что государство ни в коей мере не уполномочивало ее исправлять "недостатки механизма" нашей промышленности. Эту задачу мы уже поставили и, надеюсь, в ближайшем будущем ее разрешим. Во всяком случае мы постараемся вытолкнуть возможно большую массу частного посреднического капитала, который стремится свить гнездо в щелях и в брешах между нашими промышленными производственными органами.

Помимо этого, для частного капитала остается большая и полезная роль в смысле организации и развития нашего рынка. Ведь наша торговля страдает не только потому, что она еще плохо организована, она страдает и потому, что не делается должных усилий к расширению рынка, что наш рынок сужен до последней степени. Каждый раз, когда я при торговом кризисе спрашивал: а, скажите, на сколько верст вправо и влево от железной дороги простирают щупальца наши торговые органы, -- мне всегда указывали только на известное количество десятков верст, тогда как территория России, не обслуженная железными дорогами, представляет собой огромнейшее пространство с многочисленнейшим населением. В громадной части Советской России еще не только не было организовано постоянного торгового аппарата, а возможно, что не заезжал еще ни один торговец -- ни государственный, ни кооперативный, ни частный. До самого последнего времени торговля шла преимущественно вдоль железных дорог. Конечно, железные дороги играли, играют и будут играть гигантскую роль в товарообороте, но по отношению к общей массе потребителей, по отношению ко всему рынку железные дороги обслуживают слишком небольшую его часть, и любой из торговых деятелей может найти громадное поле для приложения своих торговых знаний, своих торговых способностей, в том, чтобы, осуществляя полезную для народа торговую деятельность, вовлекать все новые и новые районы рынка, территорию, слои людей в область торгового оборота. Значение бирж в этом отношении громадно.

Если подойти к нашему рынку с точки зрения единства цен, учета спроса и предложения, с точки зрения изучения рынка, становится ясным, как много здесь предстоит еще сделать. Правда, теперь в отношении выравнивания цен дело стало в значительной степени улучшаться, но еще совсем недавно цены на наиболее ходкие товары, допустим, в Центральной России, Сибири и на Кавказе были настолько различны, что объяснить это какими-нибудь экономическими или вообще разумными причинами было совершенно невозможно. Это результат безобразнейшей организации, или, вернее, отсутствия всякой организации нашего товарного рынка. Точно так же в отношении учета спроса и предложения. Очень часто здесь руководствуются старыми довоенными сведениями, почерпнутыми из книг, которые писались еще до войны, и на основании этих устаревших сведений, не учитывая гигантских изменений за время войны и революции, грузят и посылают товар не туда, куда нужно, где нет спроса на этот товар. Я не думаю, чтобы это было выгодным способом торговли.

Изучение и повседневное значение рынка, изучение спроса совершенно необходимы для сколько-нибудь целесообразной работы. Поэтому роль биржевых комитетов, которые фиксируют спрос и предложение, фиксируют все сделки, по которым мы можем производить повседневную всероссийскую сводку, очень важна; они дают нам такого рода знание товарного рынка, которого у нас до сих пор не было. Поэтому громадное значение имеет проведение в жизнь тех декретов и постановлений правительства, которые касаются регистрации сделок как биржевых, так и внебиржевых. Мы большим нажимом приучали торговцев и производственников к регистрации своих сделок. В этом отношении удалось достичь значительных успехов в целом ряде городов -- в Москве, Ростове и некоторых других, но еще не все в этом отношении сделано. Прежде всего отсутствует понимание экономической необходимости регистрации. Поэтому часто приходится заниматься и в прессе, и на различных заседаниях элементарной пропагандой и агитацией по этому вопросу.

Наряду с этим мы считаем необходимым применять репрессии для всех организаций, не регистрирующих свои внебиржевые сделки, и на деятелях биржевых комитетов лежит полная ответственность в проведении этой задачи. Деятели биржевых комитетов должны отвечать не только за свою работу, но и за то, насколько они энергично принуждали (через местные органы -- ЭКОСО, губисполкомы и центральные органы) подвергать регистрации внебиржевые сделки, все ли находящиеся в их распоряжении меры принимались к тому, чтобы борьбу за правильный учет довести до конца.

Недавно мы организовали фондовые биржи. Это дело является совершенно новым. У нас были большие колебания -- организовать ли фондовую биржу независимо от общетоварной биржи или как часть товарной. Мы остановились на последнем, ибо общие бирж и более или менее встали на ноги, связаны относительно с широким и твердым товарным рынком, менее подвержены спекулятивным колебаниям, и надеялась, что, привязав фондовые биржи к товарным биржам, валютные колебания будут меньше, товарные биржи будут тянуть валютные операции к более устойчивым товарным сделкам. Опыт в этом отношении еще небольшой, но, несомненно, наряду с развитием наших внешних отношений, с развитием торговли значение валютных операций и фондовых бирж с каждым днем будет возрастать все больше и больше.

До настоящего времени у нас нет почти никакого опыта в сношениях бирж различных городов между собой. Еще и сейчас можно констатировать полную разорванность между биржами. Едва ли можно получить деловую сводку сношений бирж вятской с московской или вятской с ростовской по каким-либо товарным и торговым операциям. Этот вопрос должен быть обсужден со всем вниманием на настоящей конференции. и удовлетворительное разрешение его явится новым шагом на пути к увязке разрозненных товарных рынков на обширной территории Советской России в единый товарный рынок с единством цен, с точным учетом спроса и предложения.

Товарищи, ваш съезд является первым съездом в области практики торгового дела. Ранее других организовавшаяся московская биржа на днях будет праздновать годовой юбилей. Комиссия по внутренней торговле насчитывает немногим более полугода своего существования. Многие из бирж, которые участвуют в настоящем совещании, насчитывают менее полугода с момента своего возникновения. Конечно, это срок слишком ничтожный в таком гигантском, ответственном деле для того, чтобы за это время можно было рассчитывать довести крупнейшие начинания до конца. Но тем не менее можно констатировать, что в отношении оздоровления нашей торговли, организации нашего торгового рынка биржи сыграли уже колоссальную роль.

Позвольте мне в заключение выразить уверенность, что вы с таким же успехом справитесь и с дальнейшей работой и ваша роль, ваше значение, ваше влияние в области торговли будут возрастать с каждым днем.