Евгений Антонов

ПТИЦЫ - НЕ ЛЮДИ

Птица чем-то напоминала человеку грифа-стервятника из виденных им когда-то фильмов-вестернов. Она парила над ним высоко в синем небе, почти не двигая широко расправленными крыльями уже много часов подряд. И человек знал, чего она ждет. Парящей в небе птице, человек, с трудом бредущий по выжженной солнцем земле, казался букашкой. Она ждала и ей было все равно, знал ли человек о том, чего она ждет, или нет. Он был у нее уже далеко не первым и ей было не дано задумываться над этим. Тем не менее, она без труда могла определить, что дни бредущего внизу человека были сочтены. Это было заметно по всему : по петляющему следу на песке, по частым остановкам, во время которых он падал и, порою, лежал по долгу без движений, и даже просто по его крайне изможденному виду. Птица могла это различить даже с высоты ее полета. Кроме того, некоторое время назад он начал оставлять позади себя предметы своей экипировки и постепенно бросил все, что у него при себе было, даже самое страшное для птицы - оружие. Теперь он не имел ничего, кроме одежды.

Иногда, когда он падал и лежал, закрыв глаза, ему являлись видения. Некоторыми из них были уже виденные им когда-то образы. Другие же, будучи продуктом воспаленного мозга и затуманенного сознания, были загадочными и неожиданными. И он не удивился, когда после одного из коротких моментов забытья, он, открыв глаза, увидел в нескольких метрах от себя эту самую большую птицу, похожую на грифа, сидящую на камне. Когда он видел ее высоко в небе, она не казалась ему такой огромной. С трудом превозмогая тяжесть во всем теле, человек приподнялся и сел, обхватив колени руками. Птицу это абсолютно не испугало. Она даже не пошевелилась и продолжала все так же неотрывно наблюдать за человеком.

" Наверное, это мне опять мерещится," - подумал человек, закрывая глаза и бессильно роняя голову на руки.

Но когда, некоторое время спустя, он вновь взглянул перед собой, то увидел все ту же птицу.

" Какие стойкие галлюцинации, - всплыло у него в голове, - должно быть, я начинаю отключаться окончательно. Плохо дело."

И он, почти не меняя позы, упал на бок, но так, чтобы продолжать видеть птицу. Она все также неподвижно, словно чучело, сидела на источенном временем и растрескавшимся под лучами раскаленного южного солнца камне. Солнце уже клонилось к закату и теперь, на фоне его, человек видел лишь силуэт птицы.

" Может, ты - ангел, пришедший за мной ? Или наоборот, посланец ада ?.. Скорее всего, что так."

У человека не было сил говорить вслух, но ему казалось, что он разговаривает с птицей именно вслух, потому что она едва заметно, но все же реагировала на его слова. Он видел это по ее очертаниям. Хотя, может быть, такие ощущения складывались из за того, что его глаза слезились и упорно не хотели фокусироваться.

" Если ты пришла за мной, ты скажи. Я пойму. Наверное мне, и в самом деле, уже пора. Недаром нам кто-то сказал, когда мы уходили в рейд, что будет удивительно, если мы доживем до конца недели. Он был прав. Я - последний из оставшихся в живых. Хотя, с другой стороны, этого всего не должно было случиться. Все было бы не так, если бы ни чьи-то ошибки. Чьи ? А попробуй сейчас разберись. Мы все сделали так, как и было условленно, но "вертушки" за нами так и не пришли, сколько мы не вызывали базу. В конце концов мы были прижаты к ущелью, а значит - обречены...

Эта "вертушка" возникла словно из ниоткуда и по всему было видно, что пилот был мастером своего дела. Он прошел почти по дну ущелья и вынырнул буквально у нас за спинами, когда мы, двое оставшихся в живых, расстреляв все, что у нас было, просто лежали за камнями и ждали, приготовив гранаты. Внезапно вынырнув из за края ущелья, он дал ракетный залп и тут же взмыл вверх. Какое-то время его не было слышно и я уже начал думать, что он больше не вернется, когда он вновь появился на краем ущелья и открыл огонь из всего, что у него было на борту, одновременно снижаясь и подходя поближе, что бы дать нам возможность добраться до него. Это удалось только мне. Подобрав меня, он сделал еще один заход и, методично расстреляв весь боекомплект, тут же ушел за скалы, чтобы не достали вдогонку. Одним словом, лихой парень. Я таких еще не видел. И с виду такой же бравый : белозубая улыбка, щегольские усики, в глазах блеск. Смеется и палец мне большой показывает, мол, все нормально.

Я, наверное, так никогда и не узнаю, что это была за база, на которую он меня привез. Я никогда до этого о ней ничего не слышал. Она не имела названия, как не имели имен и те, кто был на ней. У каждого из них был свой код, или позывной. Того, кто спас меня звали PQ. И как я понял позже, он спас меня и доставил на базу, нарушая инструкции. И вообще, там все было не так. Многому из того, что мне довелось там увидеть я до сих пор не могу дать достойного объяснения. И вряд ли когда смогу, даже если останусь жив.

Одной из первых странностей, на которую я обратил внимание, как только оказался там, было то, что все они находились в неестественно возбужденном состоянии, словно были слегка пьяны.

"Привет, PQ. Кого это ты нам привез ?" - сказали двое из этих развеселых парней, подходя к "вертушке", когда лопасти винта уже почти прекратили вращаться.

" Да вот, пожалел парня, - ответил тот, спрыгивая на землю и расстегивая комбинезон, - подобрал. А то бы ему хана. "

" Шеф вернется, по головке не погладит."

" Плевать. Да и когда он еще вернется. "

И они направились к одному из ангаров, не говоря мне ни слова и просто оставив меня на вертолетной площадке. Я же все еще не мог отойти от боя и сидел на земле, в тени вертолета, тупо озираясь по сторонам. Сама компоновка базы была необычной и я никак не мог сообразить, где есть что, для чего все это и как обеспечивается ее прикрытие. В конце концов, я плюнул на догадки и просто пошел в сторону ближайшего из строений. Хотя ворота ангаров были закрыты, я не заметил, что бы кто-нибудь их охранял. Миновав их, я увидел нечто среднее между казармами и коттеджами, стоящими в два ряда, а за ними - небольшую площадку со всевозможными тренажерами и спортивными снарядами, некоторые из которых я до этого еще не видел. Из всего увиденного я сделал вывод, что база была, определенно, "спецназовской". Что это за "спецназ" и какие функции он выполняет, я уже никогда не узнаю.

Подойдя поближе, я увидел на крыльце одного из коттеджей человека. Он сидел и дремал в тенечке, прислонившись спиной к дверям и натянув на глаза козырек кепи. Однако, заслышав мои шаги, он приподнял его одним пальцем и взглянул на меня.

" Это тебя привез PQ ?"

" Да."

" Иди в крайний коттедж, сиди пока там и не высовывайся. Поесть тебе принесут. "

" Понял. Куда я попал ?"

Но он лишь еще раз, жестом руки, указал куда я должен идти и вновь натянул на глаза козырек, давая понять, что разговор окончен.

Коттедж был рассчитан на нескольких человек и был обставлен по армейски, без излишеств, хотя и довольно уютно. Осмотревшись, я понял, что в данный момент он был нежилым. Я уселся на одну из коек, положил пустой автомат возле себя и, ослабив ремни и шнуровку на ботинках, стал ждать. Вскоре, действительно, какой-то шустрый паренек приволок мне обед в специальной посуде, осилить который можно было разве что втроем.

" Привет. Как пострелялось ?" - спросил он сходу, ставя обед на стол. И далее, не дожидаясь ответа : " Отдыхай, расслабляйся пока, раз жив остался. Можешь поспать, если хочешь. "

" Почему у вас так тихо ?" - спросил я, наконец-то решаясь снять с себя экипировку.

Парень только ухмыльнулся . " Подожди, что вечером будет." И уже уходя, бросил, не оборачиваясь : " Мы здесь ведем ночной образ жизни."

Вечером я окончательно убедился в том, что попал в очень непростое место и что так просто я вряд ли смогу отсюда выбраться. Я понял, что все они там - смертники. Хотя бы потому, что в обычной жизни они вряд ли смогут прожить без той гадости, которой их там накачивают, что бы держать в состоянии непрерывной повышенной активности. Над ними не было почти никакого начальства, кроме какого-то человека, который как раз в тот день отсутствовал. Они были приучены полагаться только на самих себя...

Раздавшаяся отчаянная стрельба заставила меня выскочить в чем я был, с автоматом, наружу. В густеющих сумерках было трудно понять, что происходит, но по характеру выстрелов я понял, что это была не перестрелка. Они стреляли из всего, что у них могло стрелять по специальным движущимся мишеням, используя приборы ночного видения, или ориентируясь на слух. Это, видимо, они делали в качестве разминки. Потом я видел, как часть из них, по одиночке или по двое, покидали базу, растворяясь в темноте. Те же, кто оставался, занимались кто чем может : кто-то продолжал стрелять, просто так или на спор, кто-то работал на тренажерах, кто-то вообще занимался тем, чего я не мог понять. Они то появлялись в моем поле зрения, то вновь исчезали. От этого создавалось впечатление, что их было гораздо больше, чем на самом деле. От ангаров доносился звук работающих двигателей и слышно было, как несколько каких-то машин, не включая фар, с ревом умчались в темноту.

Поборов в себе любопытство, я вернулся в коттедж, лег на кровать и лежал какое-то время не включая света, обдумывая, как мне быть дальше. Трудно сказать, сколько я так пролежал, пока из легкого забытья, в которое я незаметно впал, меня не вывел звук шагов у дверей. Рука моя рефлекторно потянулась к оружию, но заслышав знакомый голос PQ, я успокоился.

" Ну, как ты тут ? Не скучаешь ?"

Теперь я уже не мог ошибиться : он был пьян.

" Выпить хочешь ?"

" Не знаю." Я, действительно, не знал, что мне делать и как себя вести.

" А что тут знать-то ? Бери, да пей."

Он достал из кармана плоскую, наподобие фляжки, бутылку, отвинтил пробку и, сделав из нее несколько глотков, протянул мне : " На, угощайся."

" Думаешь стоит ?"

" Пей, говорю."

По тону голоса я понял, что он начинает раздражаться.

" Иногда стоит расслабиться, что бы совсем не свихнуться в этой дыре."

Я немного отпил. Это были виски. Причем, отменного качества. Такие я уже, кажется, сто лет не пробовал.

" Ну как ?"

Он уселся верхом на стул напротив меня. Движения его были угловаты и порывисты.

" Неплохо."

" Пей еще."

" Спасибо. Не хочу."

" Не выеживайся. Пей, пока угощаю."

Это мне уже начало действовать на нервы, но я, решив не показывать виду, отпил еще немного и протянул бутылку обратно.

" Сейчас мы пойдем немного отдохнуть и развеяться."

" А что, есть где ?"

" Тут у нас все есть."

" Может, мне лучше здесь побыть ?"

" Не говори глупостей. Мы пойдем вместе."

Его настойчивость заставила меня слегка насторожиться.

" Что-то мне не очень хочется."

" Послушай, - встав со стула, он подошел ко мне и, нагнувшись, продолжил в тоне доверительной беседы, - ты пойми, ты здесь - никто, призрак. Теоретически, тебя здесь вообще не должно быть. Тебе повезло, что шефа несколько дней не будет. Пока ты со мной, тебя здесь никто не тронет. Так что, ты уж не серди меня, а давай-ка поднимайся, да пойдем повеселимся маленько. А потом видно будет."

Мы шли в полнейшей темноте. Стрельба и рев моторов к тому времени уже стихли и на обычный шум южной ночи лишь иногда наслаивались какие-то посторонние звуки, свидетельствующие о ночной деятельности обитателей базы. PQ привел меня в один из ангаров, где спустившись вниз, в бункер с двойными металлическими дверями, мы оказались, к моему величайшему изумлению, в самом настоящем ночном клубе с баром, музыкой, карточными столами и даже женщинами ! PQ не оставлял меня ни на минуту в покое. Он то навязчиво предлагал мне выпить, то настойчиво рекомендовал какую-нибудь из женщин, то тащил меня к одному из столиков познакомиться и поговорить с кем-то из его друзей. Он все больше и больше действовал мне на нервы. Он меня буквально достал. Впрочем, все это было свойственно не только ему одному. Все они держались примерно одинаково и для них, видимо, это было нормальным, в такие моменты, состоянием.

Я, своим скрытым сопротивлением и нежеланием включиться в этот бешенный ритм развлечений, видимо, тоже начал их раздражать.

" Слушай, - сказал PQ, почувствовав, что больше это длиться не может и что пришла пора что-то предпринимать, - я понял, чего тебе не хватает, что бы нас "догнать". Одной выпивки для этого мало. Мы тут еще кое-чем "питаемся"."

И он потащил меня наружу. После короткого блуждания в темноте, мы очутились в какой-то каптерке, или мастерской, едва освещенной тусклой лампой и окутанной табачным дымом. По характерному его запаху я понял, что здесь курят. В дыму, как в тумане, маячили какие-то фигуры в таком же, как у PQ камуфляже и которые, узнав его, жутко обрадовались.

" Иди сюда," - позвал меня PQ, заметив, что я не собираюсь отходить от дверей. " Сейчас мы сделаем из тебя человека."

Но прежде, он сам затянулся несколько раз предложенной ему кем-то, уже зажженной сигаретой. Все это весьма и весьма стало похожим на кошмарный сон. Вырвавшись от туда почти с боем, я обнаружил, что ночная жизнь базы активизировалась до предела. То и дело возникали силуэты шныряющих в темноте людей. То там, то здесь слышались приглушенные голоса. Иногда доносились отдельные вскрикивания. Я понимал, что встреча с любым из них могла закончится для меня печально и, стараясь двигаться как можно более бесшумно и незаметно, я начал пробираться в сторону своего коттеджа. Но что там мои старания, по сравнению с привычкой этих натренированных людей ! PQ вычислил и перехватил меня, когда я не прошел еще и половину пути. Первое, что я почувствовал, огибая угол какого-то строения, был ствол пистолета, приставленный к моей голове.

" Не-ет, ты, все-таки, хочешь меня рассердить."

Видя, что я не собираюсь сопротивляться или удариться в бега, он опустил пистолет и подошел вплотную, дыша на меня смрадом перегара. Теперь он был почему-то в майке и даже в темноте, при свете звезд, был заметен безумный блеск в его глазах.

" Я же тебя предупреждал, что не стоит отходить от меня далеко. Поступая так, ты не только подвергаешь этих ребят искушению проверить насколько ты крепок, но и рискуешь поссориться со мной."

Я был поражен тем, что несмотря ни на что, речь его была довольно связной, а движения - хоть и неловкими, но вполне адекватными.

" Пойдем-ка, еще в пару мест заглянем, раз уж начали эту экскурсию." И он слегка ткнул мне в бок пистолетом.

Невозможно вспоминать без содрогания то, что я увидел там этой ночью. Я понял так, что та гадость, которой их там пичкали, сыграла с ними злую шутку. Оставшись без контроля, они безумствовали. Я оказался свидетелем освобождения всех их низменных инстинктов.

PQ спас меня от смерти, что бы доставить в ад. К рассвету мне начало казаться, что я и сам уже сошел с ума. Когда мы вновь очутились на улице, под розовеющим небом грядущего дня, я понял, что большего я не способен выдержать. Причем, я заметил, что PQ и сам уже был близок к коллапсу, хоть и не осознавал этого. Его речь уже была бредом сумасшедшего. Он вис на мне и тянул меня пойти куда-то еще. Он даже пытался мне угрожать, не замечая, что его пистолет находился уже у меня. Оттолкнув его, я направился прямиком к своему коттеджу, теперь уже легко ориентируясь в сумерках раннего утра. О чем-то плаксиво умоляя, он догнал меня и начал за меня цепляться. Развернувшись, я выстрелил ему в лицо и, не оглядываясь, пошел за своими вещами.

Солнце застало меня уже в пути. Догоняя собственную тень, я шел туда, где, по моим расчетам, я мог быстрее всего выйти к своим и не нарваться при этом на тех, кто мог бы желать моей смерти. Я знал, что шансов у меня почти нет. Но что-то же нужно было делать!..

Последнюю фразу человек выкрикнул вслух. Хрипло, из последних сил. Теперь он уже стоял на четвереньках и старался собраться с силами, что бы подняться в полный рост. Птица уже почти растворилась в опустившейся на землю ночной мгле и человек больше не мог с уверенностью сказать, была ли она сейчас здесь, рядом с ним. Он даже начал сомневаться, что она вообще была.

" Я должен идти дальше !" - снова, так же хрипло, выкрикнул он в темноту, обращаясь на половину к воображаемой птице, на половину - к самому себе. Он рывком заставил себя подняться, но внезапный приступ тошноты и головокружения буквально свалил его с ног. Падая, он услышал хлопанье крыльев взлетающей с камня птицы.

" Впрочем, тебе этого все равно не понять," - подумал он, закрывая глаза. " Птицы - не люди. "

 

9.03.00