Акт 21-й. (О рассказе Бабеля “Ходя”.)

 

Что: Бабель опередил Ионеско? Абсурды вычитываем в бабелевском рассказе “Ходя” (http://www.magister.msk.ru/library/prose/babel001.htm)? – Нет. Если перечитать, и не раз – все понятно. Ну, почти все.

“Багровые аптеки стынут на углах”.

Почему багровые? И так-таки на углах – аптеки? На всех?

Не знаю, как с углами, но вообще-то – нагнетаются предельно негативные ассоциации: “неумолимая”, “ночь”, “разящий”, “ветер”, “пальцы мертвеца”, “обледенелые кишки”, “издохло” Багровый это холодного оттенка цвет. Не писать же “красные” - теплые. Крест, наверно, если объективно, нарисован был на аптеке А множественное число попало так…

Чернильные пузыри лопаются в небе”.

Что это за явление природы? Измененное сознание замерзающего рисует белиберду?

- ...Ежели волей сатаны вы наследуете усопшему императору, то ведите за собой народные массы, матереубийцы... Но, шалишь... Они держатся на латышах, а латыши - это монголы, Глафира”.

Ныне, в послеконтрреволюционную эпоху, считается, что Октябрьская революция была делом кучки большевиков, антирусских элементов, в частности – латышских стрелков. Так оказывается, и в те годы так же думает антисоветчик.

22 ноября (5 декабря) 1917 6-й полк Л. с. был отправлен в Петроград, где использовался для поддержания революционного порядка и участвовал в ликвидации контрреволюционных мятежей” (http://www.rubricon.com/partner.asp?aid={EF70CFA4-026A-4F1E-B3D4-5B79E5970A16}&ext=0).

Петроград, декабрь, холод. Только почему император усопший, когда он убит летом 18-го? Или имеется в виду, что власть его усопла? И если он царь-батюшка, то почему матереубийцы? Убийцы России-матушки?

У личности в порыжелых зрачках бродят раненые коты”.

Коты живучие… Этот жалкий доходяга (ходя?), видно, хочет что-то от Глафиры. И глаза говорят, в смысле, яснее языка… (Если понять.) Выжить, что ли, хочет в этот мороз?

- ...Христом молю вас, Аристарх Терентьич, отойдите на Надеждинскую. Когда я с мужчиной - кто же познакомится?..

Глафира, видно, проститутка. А Надеждинская – улица, другая относительно той, где они сейчас сидят на перилах. И спастись обеим можно лишь подцепив ей клиента.

Что: было б слишком скучно – написать, что Аристарх отошел на Надеждинскую и тогда, спустя какое-то время, к Глафире приценился прохожий, китаец? И ПОТОМУ это пропущено, чтоб читателю было что угадать?

Да нет, думаю. Не только в формальном изыске дело. – Тут выпадение фрагментов сознания от холода. Рваное восприятие дрянного мира изображается. Восприятие - этими жалкими отбросами рождающегося нового мира. Вот они его не приемлют – так мир их грозит уничтожить.

Эта рваность сознания отражается даже в странной пунктуации перед прямой речью: тире и троеточие. То бишь – отрывки речи.

Китаец в кожаном проходит мимо. Он поднимает буханку хлеба над головой. Он отмечает голубым ногтем линию на корке. Фунт. Глафира поднимает два пальца. Два фунта”.

Гениально изображен язык жестов!

А нет ли вообще всюду тут авторского упоения живописностью речи? Искусства для искусства?.. Которому не важно, что и зачем изображать, а важно – как?..

Нет. Непонятности ж через слово. Этот гениально описанный язык жестов тоже ж туго доходит. Это между ними – швалью – гармония взаимопонимания. А нам – трудно.

Есть оппозиция: они – мы.

Стоп. А китаец? Не большевик ли? В коже (позже все комиссары в кожу были одеты) Товарищем его заискивающе кличет проститутка… - Вопросы, вопросы… И вообще, почему вон уже три человека ночью на улице? А как же мятеж? Латыши? Нет комендантского часа? – Не понятно.

А мыслимо ль, чтоб большевик, человек идейный в 1917 году, идея которого – осчастливить человечество, с таким презрением относился к сирым:

Китаец остановившись бормочет сквозь стиснутые зубы:

- Ты грязный, э?

Или он это от холода стиснул зубы? И от опасения спрашивает?

Неясно. Может, и снисходительный? Поверил же Глафире на слово? И, вон, какое-то пресмыкательское отношение к нему от гостиничной прислуги:

В гостинице им дали ханжи и не потребовали денег”.

Я было даже подумал, уж не вещь ли какая – ханжа, хамза... На каждом же шагу непонятности. Даже проверил в словаре. А потом дошло: ханжит перед китайцем администратор гостиницы. Такой-де преданный ему (представителю новой власти? или это местный криминальный авторитет?), что аж денег за номер не взял.

А тот - добрый. С Аристархом и номером гостиничным, и женщиной поделился.

Но как противно все! И китаец, похоже, даже не раздевался:

Поздно ночью китаец слез с кровати и пошел во тьму”.

И женщина недоудовлетворена им:

- Куда? - просипела Глафира, суча ногами”.

И мерзкому Аристарху приходится ей отдаться.

 

Так, может, если ТАК все плохо, и ТАК все живо описано, то потому ТАК, что все БУДЕТ хорошо?

Соединение несоединимого. Исторический оптимизм. Снисходительность. Средняя точка на спускающейся ветви Синусоиды изменчивости идеалов в истории и у человека. (О тригонометрической иллюстрации гуманитарного процесса надо читать мои первые “Акты”.)

 

21 ноября 2003 г.

Натания. Израиль.