Г. Кржижановский.
ЗАМЕТКИ ПО ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ.

Постараемся отдать себе отчет в общем значении хозяйственной реорганизации страны на базе широкого использования электрической энергии. Наметим беглыми штрихами ту обобщающую схему, понимание которой разрешит поставленный вопрос.

Те из вас, сознательная жизнь которых уже, может быть, связана с периодом 90-х годов, при сравнении этого сравнительно недавнего времени с переживаемой эпохой, могут легко убедиться в поразительном идеологическом контрасте этих периодов. В 90-е года материалистическое понимание истории, доктрина Маркса и Энгельса, с трудом пробивало себе дорогу, и нам, тогда еще молодым марксистам, приходилось встречать ожесточенное сопротивление как среди народнических групп, так и в лице того лево-радикального крыла русской интеллигенции, блестящим представителем которой являлся известный публицист Н. К. Михайловский.

В настоящее время вы можете, даже перелистывая буржуазную печать, легко убедиться, насколько сознание того, что все общественные отношения предопределяются материальным общественным базисом, игрой производственных сил, связанных с данным человеческим коллективом, - является общепринятым. Этому, конечно, в чрезвычайной степени содействовали кровавые и вместе с тем поучительные события той войны народов, которая только что прошла перед нашими глазами. Для всех мыслящих стало более или менее ясно, что в переплете событий, связанных с этой войной, в последнем счете, борьба за захват рынков, новый передел всего мира между двумя враждующими лагерями империалистических держав - являлись причиною причин. Империалистическая война есть таким образом логическое следствие капиталистического способа производства, и поэтому она с такой же железной необходимостью должна была претвориться в решительную классовую, гражданскую войну, являющуюся единственным радикальным средством предотвращения такого рода мировых катастроф.

С этой точки зрения неизбежно должны были выкристаллизоваться в среде рабочих партий всего мира такие течения, которые с наибольшей логической последовательностью делают выводы из суровой практики переживаемого времени, и в этом - ключ понимания тех судеб, которые уготованы длительным историческим процессом для III Интернационала. Торжество его неминуемо уже по той простой причине, что его наиболее жизненным лозунгом является всесокрушающий лозунг: война войне.

Горький исторический опыт учит нас, что если, с одной стороны, над людьми тяготеет тяжкий закон добывания хлеба насущного в поте лица, то с еще большим трудом, с еще большими страданиями и лишениями связан решительный перелом в самых основах общественного производства, переход от одних форм общественных отношений к следующим очередным историческим формациям. Это сознание неустойчивости, критичности переживаемой эпохи является поистине мировым сознанием, и люди разных лагерей, в разных странах мира все яснее и яснее отдают себе отчет, что к старому пути заказаны, а новое должно быть завоевано еще тяжкой, неустанной борьбой. Материалистическое понимание истории должно, однако, облегчить эти муки родов нового гражданского общества, а если это так, то трудно переоценить то значение, которое может иметь для любой страны и любого народа сознательное вмешательство человеческого ума, знаний и мысли в переустройство тех отношений человека к природе и взаимоотношений работающих, которые и являются основным материальным базисом всего нашего бытия.

В нашем проекте электрификации мы сделали попытку суммирования основных хозяйственных итогов предшествующей экономики и пробовали выявить те тенденции этой экономики, которые, на наш взгляд, являются наиболее решающими в смысле подведения нового фундамента для взаимоотношений людей в трудовом процессе. Мы знаем, что эти новые отношения не могут предстать перед нами в совершенно небывалом, неожиданном виде, что ключи будущего приходится всегда искать в прошлом и что всякий новый общественный порядок, хотя бы и в зачаточном виде, следует искать в недрах его предшественника.

Технико-экономический анализ приводит нас к тому выводу, что расцвет буржуазного общества тесно связан или, вернее, обусловлен во всех своих основных чертах широким использованием парового хозяйства. Но с начала 90-х годов в это паровое хозяйство все более и более заметной струей вливается хозяйство на электрической основе и молодая наука электротехники делает такие блестящие завоевания, шагает с такой изумительной быстротой вперед, что безусловно является рекордной по своему всепроникающему хозяйственному значению. Я уже неоднократно отмечал, что проблемой проблем для нас является при любом хозяйственном плане решающая задача общего подъема производительности труда, и старался выяснить, каким образом электрификация, т.-е. переход к хозяйству на электрической базе трехсторонним путем, положительно влияет в этом направлении. Не буду повторяться и выяснять вам, каким образом электрический скелет хозяйства облегчает его общее упорядочение, подводит широкий фундамент механизации трудовых процессов и создает наиболее благоприятную производственную обстановку для интенсивного труда.

Но вот передо мною проект электрификации Англии на основах нового закона, изданного там в целях упорядочения электрического хозяйства в 1919 г. Мы видим, как в этой, наиболее консервативной в своем экономическом строительстве стране мысль о необходимости широкой электрификации пробивает себе ту же дорогу, какой идем и мы. Вся Англия делится на 13 хозяйственных округов, во главе каждого из округов, подлежащих электрификации по общегосударственному плану, назначается специальный комиссар по электрификации и для деятельности их дословно даются такие задания:

"Она должна пробудить интерес и воодушевление в широких общественных кругах к применению электричества, должна показать, какую решающую роль должно играть электричество в будущих прогрессивных производственных отношениях, каким образом применение электричества и экономия в расходах угля идут рука об руку, какое громадное значение имеет использование водных сил, каким образом облегчает электричество возможность возникновения новых производственных ячеек по всей стране, как оно поддерживает земледелие, как удешевляет издержки по домашнему обиходу, увеличивает урожайность и лечит больных".

В этой, с нашей точки зрения, несколько примитивной характеристике все же отчетливо звучит ясное сознание громадного хозяйственного значения электрификации.

Закон об электрификации Англии в парламенте был значительно урезан в пользу ограничения полномочий правительственной власти, с расширением представительства капиталистических групп в тех 13-ти корпорациях, которые на местах должны быть опорным базисом для "комиссаров" по электричеству. Эти урезки первоначального проекта закона доставили немалое удовольствие немецкой электротехнической прессе, которая не перестает жаловаться на непомерную регламентацию закона о социализации электроснабжения Германии. Закон вошел в силу 31-го декабря 1919 г., но действия его могут сказаться лишь к концу нынешнего года. Этот законодательный акт не перестает подвергаться яростным атакам разнообразных представителей немецких электротрестов, и весьма вероятна опасность его дальнейшего искажения. Но по смыслу опубликованного акта государственная власть облекается следующими основными полномочиями:

1. К государству переходит обладание или право использования всех установок, служащих для передачи электрической энергии, напряжением от 50.000 вольт и свыше, служащих соединением нескольких силовых станций.

2. Ему же передаются в собственность, или на правах использования, электрические установки, служащие для выработки электрической энергии, установленная мощность машин которых равна или более 5.000 килоуатт, если таковые находятся ныне у частных собственников и не служат в преобладающей степени для собственных надобностей.

3. К государству переходят права частных предпринимателей на использование водной энергии в целях получения электрической работы мощностью от 5.000 килоуатт и свыше, в свою очередь не служащие исключительно для надобностей собственных производств; вместе с этими правами государство, за соответствующее вознаграждение, приобретает в собственность точно так же все те сооружения, которые были произведены в тех же целях.

Уже эти два примера наглядно показывают, что близок последний час капиталистического использования электрической энергии, вопрос только в сроках времени и в своеобразности тех путей, которыми та или иная страна завершит эту очередную историческую работу.

В интересном докладе небезызвестного секретаря германского союза электротехников, инж. Детмара, на тему "Следствия войны и революции для электротехники" автор показывает, что эта область промышленности, несмотря на всю хозяйственную разруху Германии, является особенно устойчивой и богатой видами на будущее.

Детмар подчеркивает, что нужда в угле, столь характерная для послевоенной Германии, чрезвычайно содействует широкой электрификации страны. Падение угледобычи, по его данным, может быть охарактеризовано такими грубыми цифрами: в 1913 г. добывалось около 190 милл. тонн; в 1918 г. - около 170 милл. тонн; в 1919 году - уже около 100 милл. тонн. Вместе с тем он отмечает и чрезвычайное качественное понижение добываемого угля (примерно, на 20 - 30% ниже довоенного) вследствие посторонних примесей и дурной сортировки.

Размышляя о будущих судьбах немецкой электротехники, Детмар говорит следующее: "Вследствие повышения заработной платы, вероятно многократно возрастет применение машин и увеличение всякого рода автоматических методов; но как раз именно в этой области электротехника является особо дееспособной. В области всяких транспортных сооружений и подъемников ручная работа многосторонне замещается электрическим приводом. Электрическая пайка, заменяющая прежнюю клепку, имеет громадную будущность. Телефоны, так сильно экономизирующие время и работу людей, вероятно, найдут себе самое широкое применение. Дороговизна домашних услуг открывает электричеству широкое поле действий в домашнем хозяйстве. Но в особенности благодарное поле деятельности найдет электротехника в области сельского хозяйства. Электрическая энергия, по сравнению с различными газовыми и паровыми установками и т. п., на долгое время будет в преимущественном положении, так как она сравнительно дешевле может быть предоставлена к использованию".

Борьба электрического освещения с газом, ацетиленом и керосином, вследствие продолжающегося вздорожания этих источников света, окончательно решена в пользу электричества. Одержав победу в трамвайном деле, электричество стоит накануне решительного вторжения в железнодорожное хозяйство дальнего следования. "Опасение, которое возбуждала электрическая тяга на железнодорожных линиях по военным соображениям, в настоящее время ослабло. Этому содействовала практика электрических железных дорог в северной Италии; в особенности важно то сбережение угля, которое получается при переходе на электрическую тягу. На американских дорогах установлено, что 3,2 кг. угля (на паровозе) соответствуют расходу одного килоуатт-часа электрической станции. По данным Вехмана, при полной электрификации немецких железных дорог, получилась бы экономия около 5 милл. тонн угля в год".

Усердно жалуясь на те опасности, которые, по мнению Детмара, грозят немецким электрическим станциям при их социализации, Детмар тем не менее находит: "С большой вероятностью можно принять, что присоединение абонентов к электрическим станциям в будущем будет чрезвычайно оживленно, ибо война с особенной очевидностью обнаружила большие преимущества центрального электроснабжения. В особенности, полагаю я, благоприятна будет судьба районных электрических станций, потому что не только сильно возрастет в будущем сельско-хозяйственное потребление электричества, но и промышленность неизбежно должна будет перераспределиться по стране. Я считаю вероятным, что со временем неизбежно сильная децентрализация промышленности, но такое движение будет возможно только постольку, поскольку районные электрические станции дадут возможность повсеместного дешевого сооружения производственных ячеек, нуждающихся в силовой энергии".

Отмечая, что в последнее время опыты с электрокультурой уже позволяют рассчитывать практически на использование этого нового фактора в борьбе с силами природы, Детмар вместе с тем предвидит на ближайшее время особенно широкое значение электрического привода в целях орошения. Он сообщает данные Бромбергской испытательной станции, которые наглядно показывают, каким образом урожайность поднимается на 60 и более процентов. Проникновению электричества в немецкую деревню будет, по мнению Детмара, содействовать ликвидации дефицита тягового скота. Уменьшение числа лошадей в Германии за время войны, по данным этого автора, таково: с 4.520.000 голов в довоенное время до 3.760.000 голов к июню 1919 года. Немецкая статистика сельских кооперативов, созданных в целях электрификации, уже наглядно показывает ход с.-х. электрификации: на 1 января 1918 г. таких кооперативов было 1.283, а в 1919 году число их возросло до 1.499, т.-е. в течение года возросло на 18%.

"Смягчению нужды в угле электротехника особенно будет содействовать вследствие того, что с ее помощью гораздо более, чем до сего времени, можно будет использовать водную энергию в Германии. Данные относительно располагаемой водной энергии колеблются чрезвычайно; кажется, что истинная мощность тех водных источников энергии, которые выгодно эксплоатировать, может быть оценена от 2 до 3 милл. лош. сил; из них около 1/2 милл. уже оборудованы, но еще не вполне использованы...

"Рядом с сильным использованием водной энергии придется обратить внимание на торфяные залежи Германии, которые способны возместить потерю наших угленосных площадей; точно так же, как предстоит поработать и вообще над использованием малокалорийных топливных материалов; выгодным образом это может произойти только электрическим путем. Точно так же важно обратить внимание на самое широкое использование всевозможных газов, получающихся при работе промышленности.

"Часто большие ожидания связываются с использованием силы ветра; хотя, конечно, в этом направлении еще многое может быть достигнуто, но я полагаю, что преувеличенным надеждам здесь не суждено сбыться. Результаты работы ветряных установок по практическому опыту сравнительно малы. На одной испытательной установке вблизи Дрездена с башни, высотою в 25 метров до центра ветровой турбины, при радиусе ее в 8 1/2 метр., в течение года было получено полезной энергии всего 10.000 к.-у. ч. Местоположение этой установки было не особенно благоприятно, так как перед ней находились возвышенности; тем не менее я полагаю, что внутри нашей страны в общем должны получиться те же результаты; более благоприятные условия будут на морском берегу. По датским данным, где уже в ходу находятся до 250 ветровых установок, самая наибольшая из них, снабженная 6-ю крыльями, в течение года отпускает всего 33.000 к.-у.-ч.".

Читая эти строки, невольно вспоминаешь аналогичные соображения, развитые нами в нашем проекте электрификации.

Профессор Биндер в своем докладе о необходимости целого ряда реформ в высших технических школах в связи с широким развитием электротехники, пишет следующие красноречивые строки: "Почти нет такой области в нашем многосторонне развитом хозяйстве, в котором электротехника не играла бы той или иной роли. Уже недалеко то время, когда все силовые источники страны будут связаны богато развитой сетью электропередач и электроснабжение станет доступным для каждого уголка. Наши нынешние экономические нужды принудительно действуют в этом направлении. Огромное число задач ставит также и здесь необходимость резких разграничений. С большей или меньшей определенностью можно выделить такие области работы: силовые установки и сети общего пользования для надобностей горной промышленности, для надобностей металлургических и прокатных заводов, для обработки дерева и металла, для электрохимической промышленности, для железных дорог, для судов, для сельского хозяйства и т.д.".

Как известно, кризис топлива в Швеции, а также громадная наличность там источников водной энергии, имели своим следствием передовое положение этой страны в области электрификации. Особенно поучителен шведский пример в деле электрификации железных дорог. После тщательной проверки богато поставленных опытов шведское правительство решило провести полную электрификацию шведской железнодорожной сети. В первую очередь имеется в виду электрифицировать до 2.000 километров основных ж.-д. линий, для чего назначено 5 гидроэлектрических станций и две централи, которые будут работать на торфу. Шведские железнодорожники подсчитали, что оживленность ж.-д. сообщения за 15 лет, с 1905 года по 1920 год, возрасла, примерно, на 60%. В этом расчете при стоимости угля в 16 крон за тонну, проект электрификации шведских железных дорог даст экономию по сравнению с паровозным хозяйством в течение года до 1 1/2 милл. тонн угля.

Известный шведский инженер Даландер в своем докладе о перспективах электрификации шведских железных дорог пишет: "Использование водных источников для электрификации шведских железных дорог является одной из важнейших задач будущего... И если паровозные локомотивы технически и будут усовершенствоваться, то во всяком случае можно принять, что такой паровоз всегда будет хуже использовывать уголь, чем стационарная паровая установка. Паровозы обычно потребляют в 2 -3 раза более угля, чем современные силовые станции. Доставка и распределение угля для паровозов при электрической тяге совершенно отпадает в том случае, когда опорой является гидроэлектрическая станция; таким образом ж.-д. колея предоставляется грузам другого полезного назначения. Введение электрической тяги на жел. дорогах дает возможность пускать в ход гораздо более тяжеловесные поезда и со значительно большей скоростью. Экономически это означает гораздо лучшее использование железных дорог как самых путей, так и их подвижного состава, и во многих случаях таким образом могут быть избегнуты затраты больших средств на переход от одноколейных дорог к двухколейным".

Мы видим, что опыт войны и по отношению к электрификации железных дорог только с еще большей наглядностью подтвердил наши соображения об исторической необходимости перехода к электрической тяге.

Попробуем остановиться теперь еще на одном вопросе, решение которого чрезвычайно важно для всей проблемы электрификации. Нам не приходится доказывать решающее значение топлива в экономике страны. Наша революционная действительность, к сожалению, слишком болезненно выявляет перед нашими глазами значение топливной проблемы. Не раз уже нам приходилось обращать внимание на топливный фронт и спешно мобилизоваться в этом направлении. Хищническое производство и потребление топлива, несомненно, является теми основными недугами, с которыми мы должны вести непрерывную и ожесточенную борьбу. Из всех двигателей, которые установлены на земном шаре, лишь 10 - 15% приходится на долю гидравлических двигателей. Остальные же принадлежат к разряду тепловых двигателей, в которых работа производится за счет преобразования тепловой энергии топлива. Если мы вспомним, что в довоенной России из 5 миллиардов пудов условного топлива лишь 1/4 падала на промышленность, 1/4 - на транспорт и целую половину брало население для отопления жилищ и варки пищи, то само собой напрашивается мысль, что получение топлива в его натуральной форме и есть тот решающий фактор, который предопределяет судьбу всего нашего хозяйства. Таким образом, как бы ни высоко мы ценили значение электрификации в деле добывания и израсходования топлива, не следует ли все же поставить в известном смысле теплотехнику над электротехникой? В нашей книге мы уже ставили этот вопрос и старались показать, почему такой взгляд был бы близоруким и каким образом, рассматривая динамические процессы народного хозяйства, мы должны будем притти к иным выводам.

В настоящее время мы имеем возможность проверить наши соображения интересными заметками на эту тему известного электротехника Штейнмеца. Его статья на тему о тех запасах природной энергии, которыми располагает Америка, настолько интересна, что мы позволим себе остановиться на ней с некоторой подробностью. Такими основными запасами является уголь, нефть, горючие газы и водяная энергия. Добывание угля в грубых цифрах выражалась в миллионах тонн таким образом: в 1852 г. - 10, в 1882 г. - 100, в 1918 г. - 867. Среднюю калорийность американского угля можно принять в 7.000 калорий, и в таком случае химическая энергия, заключающаяся в тонне угля, соответствует, примерно, одному к.-у. году электрической работы. Принимая в расчет, что половина угля идет для надобностей получения силовой энергии со средним коэффициентом полезного действия в 10%, а другая половина расходуется в различных формах для целей отопления, с средним коэффициентом полезного действия в 40%, найдем, что 867 милл. тонн ежегодной добычи угля соответствует электрической работе 217 милл. к.-у. в течение года. Эта цифра любопытна сама по себе, ибо она наглядно показывает, каким гигантским производственным механизмом располагает современная Америка. Отдавши себе ясный отчет в электрическом эквиваленте всей угледобычи, Штейнмец пробует высчитать, что могла бы получить Америка при совершенном использовании той водной энергии, которою она располагает. Для этой цели он подсчитывает, какое количество дождевых осадков выпадает на площади Соед. Штатов, и каковы те разности высот на той же площади, которыми обусловливается течение вод по направлению к морскому уровню. Выходит, что полное использование водной энергии в таком случае соответствовало бы 950 милл. к.-у. годов. Однако, отсюда надо вычесть всевозможные потери воды, расходы ее в сельском хозяйстве, и в таком случае окажется, что электрический эквивалент сводится к 380 милл. к.-у. годов. А так как гидравлическая энергия может быть превращена в электрическую приблизительно с 60% полезного действия, то в последнем счете при полном использовании своих водных источников, т.-е. если бы во всей Америке не только реки, но и все речки и ручьи были бы запряжены в электрическое ярмо, американцы смогли бы всего-на-всего получить около 230 милл. к.-у. действующей гидроэлектрической мощности.

Американское хозяйство находится еще в фазе резко восходящего движения, и тем не менее мы видим, что уже современная добыча угля в Америке, примерно, отдает то же количество энергии, которую американцы могли бы получить при самом совершенном использовании, доходящем до грани природных данных, всей водной энергии страны. Отсюда ясно, что истощение угольных запасов в далекой степени не может быть компенсировано в связи с масштабом грядущего американского хозяйства одной только гидроэлектрической энергией. Но отсюда вместе с тем и следует, что американцам приходится крайне бережно обращаться с запасами той драгоценной энергии, которая находится в их угленосных площадях, и всеми силами форсировать свое гидроэлектрическое хозяйство, чтобы, по возможности застраховать себя от энергетического дефицита.

Размышляя на эту тему, Штейнмец приходит к тому выводу, что для последующих поколений придется, главным образом, обратить внимание на тот практически неиссякаемый источник энергии, который мы имеем в солнечном лучеиспускании. Он утверждает, что на квадратный сантиметр земной поверхности в течение минуты солнце посылает 1,4 калорий. При 50% облачности это соответствует уже получению для той же единицы 0,14 калорий в качестве средней годичной цифры. Так как поверхность Соед. Штатов может быть принята в 8,3 милл. кв. километров, то такое лучеиспускание соответствовало бы электрической мощности 800.000 милл. к.-у. Таким образом, в солнечной энергии мы имеем мощность, в 1000 раз превосходящую мощность всей химической энергии добываемого в Америке угля, и в 800 раз большую, чем вся энергия, выпадающая в виде дождя. Штейнмец подсчитывает, что если бы возможно было использовать солнечную энергию на тех 2,7 милл. кв. километров площади Соед. Штатов, которая непригодна для непосредственных с.-х. надобностей, то при коэффициенте полезного использования солнечного лучеиспускания в 50% мы могли бы получить 130.000 милл. к.-у., а при коэффициенте полезного действия всего только в 10%, мы все же получили бы 13.000 милл. к.-у., т.-е. значительно более, чем могут дать уголь и вода, взятые вместе.

Поработать над этой гигантской задачей, однако, предстоит людям будущего. Наши задачи сводятся к тому, чтобы умело утилизировать прежде всего те достояния техники, которыми мы уже располагаем и которые еще в далекой степени не воплощены в практике жизни, несмотря на их явную доступность.

Возвращаясь к вопросу об использовании водной энергии, Штейнмец подчеркивает, что применение особых простых динамомашин, так называемых асинхронных генераторов, развертывает перед гидроэлектрическими станциями совершенно новые перспективы. Обычной формой использования водной энергии до сих пор были гидроэлектрические установки крупного масштаба, устраиваемые на больших перепадах вод. Такие установки являются весьма сложными и они явно не приспособлены для рационального использования мелких водных источников. На выручку и являются в таком случае асинхронные генераторы электрического тока, непосредственно связанные с водяными турбинами простейшего типа. Такие турбины могут длительно работать без всякой регулировки при полной нагрузке, а асинхронный генератор, связанный с ними, обыкновенно устраивается на низкое напряжение, трансформируемое затем специальным трансформатором, работающим на общую высоковольтную сеть.

Такого рода установки не требуют никакого специального служебного персонала и могут обходиться услугами одного сторожа. Необходимо только, чтобы в той сети, к которой они приключаются, работали обычные генераторы электрических станций так называемого синхронного типа, действием которых будет автоматически регулироваться выработка электрической энергии на малых гидроэлектрических станциях. Штейнмец думает, что, кроме того, работа асинхронных генераторов может оказаться полезной еще и с той стороны, что их сопряженное действие будет значительно ослаблять те недостатки электрического режима в широко разветвленных электропередачах, которые выявляются в излишних количествах так называемого безуаттного, холостого электрического тока.

Мы видим на этом примере, каким благодетельным фактором является прогресс электротехники для широкого использования водной энергии и как стройно могут работать в общий котел народного хозяйства при этих условиях и крупные и мелкие источники водной энергии.

Таким образом электрификация является единственным солидным базисом для действительного овладения стихией движущихся вод. В дальнейшем Штейнмец расширяет свой анализ и показывает, что аналогично тому обобщению, которое возможно при помощи электрификации по отношению к отдельным источникам водной энергии, можно наметить такой же ход развития и для рационального использования отдельных тепловых установок. В Соединенных Штатах ежегодно потребляется около 100 милл. тонн угля исключительно для надобностей нагревания. При этом в целях повышения коэффициента полезного действия приходится переходить к услугам пара все более и более высокого давления. Невольно при этом напрашивается мысль, что между паровым котлом, служащим для нагревательных целей, и теми аппаратами, куда поступает пар для их теплового обслуживания, было бы чрезвычайно полезно включать небольшие паровые турбины самого простейшего типа, связанные с асинхронными генераторами электрического тока совершенно так же, как это мы предполагали делать для мелких водных установок. Эти генераторы в свою очередь должны посылать энергию в общие электрические сети. Таким путем можно было бы чрезвычайно выравнять работу тепловых установок и в сильной степени форсировать общий коэффициент их полезного действия. Если бы при этом были поставлены турбины несовершенного образца, то, так как в данном случае они играли бы лишь роль промежуточного органа, их несовершенства не имели бы никакого значения в общем производственном итоге. Штейнмец делает ряд подсчетов, наглядно показывающих, насколько преступным является нынешнее тепловое хозяйство даже в такой стране, как Америка. При превращении химической энергии в электрическую мы теряем от 80% до 90% и многие миллионы тонн угля сжигаем таким образом, что попросту расточаем ту драгоценную энергию, которая в нем содержится. Допустим, например, что для целей получения силовой энергии нам требуется ежегодно 200 милл. тонн угля и что при 12% коэффициента полезного действия мы в результате такой операции получаем действующую мощность в размере 24 милл. килоуатт. По нашим общепроизводственным нуждам в таком случае пришлось бы затратить еще 200 милл. тонн угля специально для тепловых надобностей. Если бы вместо этого мы смогли использовать тепло отходящих газов на этих силовых станциях в достаточной степени рационально, то 240 милл. тонн угля было бы совершенно достаточно не только для того, чтобы получить всю необходимую механическую энергию, - даже и при понижении коэффициентов полезного действия до 10%, - но в нашем распоряжении для тепловых процессов по сути дела было бы 216 милл. тонн угля, т.-е. более чем достаточно, несмотря на то, что в общем и целом мы сберегали бы таким путем до 160 милл. тонн угля ежегодно.

Для ясности Штейнмец подходит к тому же выводу и с другой стороны. Обратим внимание на те 200 милл. тонн угля, которые мы сжигаем исключительно для тепловых надобностей. Если бы мы могли каким-нибудь образом при этом попутно извлекать во время такого сжигания присущую углю потенциальную энергию путем добавочных приспособлений хотя бы при 5% коэффициента полезного действия, мы могли бы получить 10 милл. килоуатт, при чем ввиду принятого нами низкого коэффициента действие это должно было бы сопровождаться добавочным перерасходом угля всего в 10 милл. тонн. В настоящее же время самостоятельное получение 10 милл. килоуатт требует от нас затраты в 100 милл. тонн угля. Мы съэкономили бы таким образом 90 милл. тонн угля, но если бы даже это практически оказалось невозможным и если бы мы получали только 1/4 или 1/10 часть того, что намечается вышеприведенным расчетом, то и тогда это было бы колоссальным успехом в деле использования природных рессурсов энергии. Исходя из таких соображений, Штейнмец и делает тот основной вывод, который разом устанавливает надлежащее взаимоотношение между теплотехникой и электротехникой. Он утверждает, что решение проблемы угля следует искать не в теплотехническом усовершенствовании соответствующих машин, но путем электрического овладения и электрического сбора той энергии, которую развивают наши тепловые установки. При 100 милл. тонн угля, которые ежегодно тратятся в Америке исключительно для тепловых надобностей, она могла бы получать до 60 миллиардов килоуатт-часов в год электрической энергии, рассчитывая в среднем по 600 килоуатт-часов на тонну угля. Четвертая часть этой энергии уже более того, что дают нам гигантские силовые станции на Ниагаре, Чикаго, Нью-Иорке и в некоторых других крупных американских центрах, взятые вместе. Мы видим, что мнение такого авторитета, каким является Штейнмец, целиком совпадает с той позицией, которую мы заняли по вопросу о роли электрификации в общей энергетике страны.

Другим основным вопросом, который, по нашему мнению, играет столь же большую роль во всем процессе нашего народного хозяйства в его целом, является вопрос об отношениях города к деревне и о той служебной роли, которую может играть здесь электрификация. Мы настаивали на том, что этот вопрос особенно остро поставлен в такой стране отсталого крестьянства, какой является наша родина. Мы старались показать, каким образом стройный процесс электрификации города и деревни, совмещение сельско-хозяйственных нагрузок с нагрузками промышленности и транспорта, при твердой власти трудящихся, развертывают перед нами такие перспективы, которые, казалось бы, идут в явный разрез с тяжким наследием нашего прошлого. Мы позволили себе выставить то общее положение, что если, с одной стороны, железнодорожный паровой транспорт нанес первый удар патриархальной закоснелости русской деревни, то последний и решительный сдвиг она получит лишь тогда, когда на ее поля и нивы пойдут волны электрической энергии. В частности, мы отмечали, что чрезвычайно легкая дробимость электрической энергии дает возможность такого подхода к мелким разобщенным производителям, который сам по себе является чрезвычайно ценным для преобразования деревенских порядков.

В настоящее время в мартовском номере "Центрального Органа Союза Германских Электротехников" мы имеем весьма интересные соображения на эту тему одного из самых крупных знатоков немецкого сельского хозяйства, инженера Кроне. Автор полагает, что ходячий термин "механизация земледелия" в далекой степени не исчерпывает тех задач, которые стоят перед нами в этой области. Он разбивает их на следующие 9 категорий: 1) мелиорация и удобрение; 2) сельско-хозяйственные машины и сельско-хозяйственные постройки; 3) снабжение топливом и электрической энергией; 4) транспорт и средства общения; 5) утилизация сельско-хозяйственных рабочих для промышленных надобностей; 6) ремесленно-кустарная деятельность; 7) повышение интенсивности сельско-хозяйственного труда; 8) расселение промышленности; 9) бытовая сельско-хозяйственная обстановка. По мнению Кроне, во всех этих областях электротехника призвана сыграть самую существенную роль. Напоминая, что существующие электрические станции обыкновенно использованы только на половину. Кроне указывает, что для похода в деревню Германия располагает уже значительным аппаратом. Придется только подумать о целесообразном приспособлении продуктов электропромышленности к специальным условиям деревенской жизни и о популяризации электротехники в сельско-хозяйственной среде. Обращаясь по пунктам к тем подразделениям, которые намечены выше, Кроне указывает, что, например, в области мелиорации на электротехнику приходится смотреть не как на средство получения парочки, другой подходящих насосов в целях орошения, а как на могучее орудие поддержки надлежащего водного режима в его целом. Связь электропромышленности с делом удобрения уже ясна из той роли, какую играет электричество в деле получения азотисто-кальциевых соединений. В области построения машин и в производстве сельско-хозяйственных построек вообще электротехнике предстоит проделать ту же дорогу, которую она имеет в своем прошлом в области промышленности в тех же самых сферах.

Снабжение энергией является исконной областью электротехники; здесь она вступает в конкуренцию с локомобилями и двигателями внутреннего сгорания. "Каждому должно быть отведено свое, - говорит Кроне, - и поэтому было бы одинаково неосторожным говорить крестьянам: "все на электрическом приводе" или "все на двигателях внутреннего сгорания"... В область транспорта и в средства общения электричество вторгается самыми различными путями, - от электрических железных дорог до электромобилей и подъемников включительно, при чем Кроне подчеркивает, что роль телефона в сельско-хозяйственной жизни до сих пор еще, повидимому, является недооцененной. Опыты в Далеме показывают, какие надежды можно возлагать на электрокультуру. В области сельско-хозяйственной промышленности, кустарных промыслов, в использовании сельско-хозяйственного досуга и в изменении обстановки крестьянского быта электричество может играть поистине решающую роль. Изучая немецкую действительность, Кроне приходит к тому выводу, что Германия стоит накануне отлива городского населения в деревню и нового распределения промышленности по стране. Германия сороковых годов представляла из себя ряд сельско-хозяйственных общин, живших довольно самостоятельной жизнью. Лишь дальнейший прогресс паровой техники привел к решительному отливу сельского населения в города и промышленные местечки и поставил сельские коммуны в совершенно беспомощное состояние по удовлетворению себя самыми необходимыми продуктами житейского обихода. Только винокурни, сыроварни и некоторые немногие виды сельско-хозяйственной промышленности попрежнему базируются на сельские местности. "Но для того, чтобы лозунг "назад в деревню" не оказался реакционным, надо создать, - говорит Кроне, - такие условия деревенской обстановки как бытовые, так и производственные, которые приближали бы ее во всех отношениях к уровню городской и промышленной жизни, что возможно сделать, очевидно, лишь при помощи широкой электрификации. Надо, - говорит Кроне, - из крестьянского населения сделать людей, довольных своей профессией, не только думающих о своих сельских колокольнях, но воодушевленных успехами в своей основной работе и готовых притти на помощь для блага целого". Он подчеркивает, что электротехника отнюдь не должна ограничиваться тем, чтобы, придя с электрическими проводами в ту или другую деревню, удовлетворять текущим надобностям современных сельских жителей; дело совсем не в том, чтобы присоединить к общей электрической сети некоторое количество мелких абонентов по испытанным образцам. Суть вопроса заключается в том, чтобы сочетать с крупными формами производства энергии стройный план ее целесообразного использования бесчисленным количеством мелких производителей. Из области техники мы подходим таким путем к решению основных экономических проблем.

В этих заметках я в отдаленной степени не исчерпал того материала, который мы находим рассеянным на страницах иностранных технических журналов по вопросам об электрификации. Но и сказанного достаточно, чтобы видеть, насколько вопросы эти злободневны и насколько в этой области царит полная согласованность в конечных выводах вопреки превращения государств и наций в вооруженные лагери конкурирующих хищников. Это противоречие между не знающей родины научной истиной и захватом ее достояния рыцарями частной наживы будет изжито лишь при победе международного пролетариата.

В германской литературе встречается живописное выражение: "великие исторические события заранее отбрасывают свою тень". Грядущая победа мирового пролетариата отбросила не только "тень", но, можно сказать, могучим резцом сумела начертать себя на скрижалях российской действительности. Мы имеем в виду октябрьскую победу российского пролетариата, и в нашем докладе VIII съезду Советов мы старались показать, каким образом дело пролетариата в России связано с судьбами электрификации страны, и почему лишь при наличии такой победы оказался возможным широкий план электрификации. Отбросьте эту победу, забудьте о тех потенциях, которые она с собой несет, - и неизбежным результатом этого, логическим выводом будет закономерное признание России в качестве земледельческой и сырьевой колонии для капиталистических стран, опередивших ее в своем промышленном развитии. В таком случае и в области электрификации ей придется брести в хвосте западноевропейских государств, подбирать крохи с их господского стола. Наоборот, с закреплением пролетарской победы в России, с дальнейшим утверждением Советской власти, а следовательно, и с выявлением пролетарской воли в великом хозяйственном творчестве - перед нами Россия - молодой гигант, расправляющий свои могучие крылья вопреки всей тяжкой инерции прошлого.

Судьбы электрификации России целиком и безоговорочно связаны с судьбами российского пролетариата.